— Я не нуждаюсь в твоих лживых сожалениях! — поспешно воскликнула она. — Оставь меня в покое, наконец! Зачем ты приехал? У тебя ведь есть Жаклин, которая скоро родит тебе ребёнка! Неужели ты так и не смог смириться с тем, что я разрушила твой грандиозный план и не позволила довести его до конца?
— Хватит! — против воли вырвалось у Александра.
Он слегка встряхнул девушку за плечи, словно хотел таким образом достучаться до неё. Его глаза сверкнули обидой. Поражённая его реакцией, Адель изумлённо застыла с широко распахнутыми глазами.
— Неужели ты и правда веришь, что я хладнокровно хотел бросить тебя у алтаря? — горько спросил Александр, сбавляя тон.
— А что я должна была ещё подумать, прочитав твой дневник? — в голосе Адель появилась предательская дрожь, которая предвещала подступающие слёзы.
— Да, в начале нашего знакомства я действительно планировал обесчестить и бросить тебя… но вовремя понял, что не способен причинить тебе боль, — честно признался Александр, глядя на неё полным раскаяния взглядом. — Почему ты поверила лишь записям в дневнике, а не моим словам? Я не лгал тебе, когда говорил о своей любви, Адель…. Разве мои объятия и поцелуи были лживы? Вспомни, любовь моя… мы были так счастливы вместе, когда принадлежали друг другу… Вспомни нашу ночь…
— Замолчи, прошу тебя! — задыхаясь, выкрикнула Адель, закрывая руками лицо и заливаясь потоком слёз.
Каждое его слово, сказанное тихим, печальным голосом, буквально разрывало ей сердце в клочья. Александр не мог вынести её слёз: он мгновенно заключил рыдающую девушку в объятия и прижал к себе, покрывая её залитое слезами лицо быстрыми поцелуями и страстно шепча:
— Любовь моя… Адель… любимая… не плачь, пожалуйста!
Но девушка лишь сильнее разрыдалась, когда он обнял её, разрывая этим сердце бывшего возлюбленного. Прижимая её к себе, ощущая, как её плечи беспомощно вздрагивают, слушая горестные всхлипывания, Александр был готов на что угодно, только бы любимая перестала плакать. Худшей карой были её слёзы, в которых был виноват он сам.
Внезапно Адель отняла руки от лица и посмотрела на него так жалобно, испуганно, её губы стали алыми, как спелые вишни, и влажными от слёз… Александр не смог вынести такой пытки — внезапно он порывисто припал к её губам, жарко целуя, погружаясь в её нежный рот языком, крепко прижимая к себе. Все доводы разума моментально испарились и вместо них требовательно заговорила страсть, заставляя вскипать кровь в жилах и задыхаться от неподдающихся контролю эмоций.
Адель растерянно застыла в его руках, но уже через мгновение ответила на поцелуй, отчаянно вцепляясь в его плечи и прижимаясь крепче. Сердце её, казалось, готово разорваться в груди, оно стучало так громко, почти болезненно, а воздуха в лёгких вдруг стало так мало, что Адель вынужденно разорвала поцелуй, вся дрожа и судорожно пытаясь вдохнуть глубже.
Внезапно до неё дошло, что она только что сделала… Она, замужняя женщина, позволила Александру поцеловать себя, и сама желала этого поцелуя. Боже, какой позор… после клятвы, данной в церкви…
Александр снова попытался обнять её, но Адель уже успела стряхнуть с себя магию его влюблённого взгляда и сразу же упёрлась ладонями ему в грудь.
— Нет! — сдавленно вскрикнула она, отчаянно качая головой. — Не надо! Я… не могу… я замужем…
Эта фраза, вкупе с её дрожащим голосом, подействовала на графа, как ведро ледяной воды. Замужем… Адель замужем, и он только что позволил себе прикоснуться к замужней женщине… мужу которой он обязан своим спасением из тюрьмы. Он повёл себя, как подлец…
На несколько мгновений повисла тишина, пока каждый из них пытался восстановить сбившееся дыхание и унять сердце. Они беспомощно глядели в глаза друг другу, мысленно прощаясь.
Адель первой взялась за дверную ручку кареты, не сводя при этом взгляда с Александра. Он обреченно наблюдал, как она медленно открывает дверцу и выходит из кареты.
В самый последний момент, прежде, чем Адель успела закрыть дверь, он вдруг схватил её за руку и заставил обернуться.
— Я люблю тебя… — глухо пробормотал он, вкладывая в прощальный взгляд всю свою любовь и боль от предстоящей разлуки.
Адель тихо вскрикнула, выдергивая свою ладонь и, подобрав длинные юбки, поспешно бросилась к своей карете, на ходу крикнув кучеру, чтобы он отвёз её обратно в особняк князя Оболенского. Снова раздался глухой топот лошадиных копыт, увозя от Александра любимую женщину. Он растерянно смотрел вслед удаляющейся карете и медленно коснулся пальцами своих губ, на которых до сих пор ощущал вкус её поцелуя.
Вот и попрощались…
========== Жизнь продолжается ==========
— Я написал тебе письмо месяц назад, отец, — смущённо потупился Михаил, — и Владимир Кириллович тоже. Видимо, письма дошли в Лондон, когда ты уже покинул Англию.
— Как можно было принимать такое важное решение, не посоветовавшись со мной?! — голос князя Вяземского дрожал от негодования, а брови грозно сдвинулись.
