— Да чтоб тебя! — сквозь зубы ругаюсь я на него и разбиваю зеркало, руша наш сеанс связи.
Бухаюсь на диван и лежу неподвижно около часа, погружаясь в мою «комнату для раздумий».
— Тебе мало унижений? — спросило моё отражение, глядя на меня как всегда надменно и издевательски, — Ты ведь всё прекрасно понимаешь, зачем опять вмешиваться? Я даже не знаю с чего начать, перечисляя каждый его плевок тебе в душу.
— Тогда не напрягайся.
— Он ебётся с Гринден, которая пытается тебе насолить, да и с этой блёклой Марго был.
— Не мои проблемы.
— Мне-то не ври. Ты от этого с ума сходишь, — кровожадно улыбается отражение, — Но я могу их убить. Или хотя бы Марго. Перережу ей горло во сне, за то, что он имел её.
— Мне это не надо.
— Послушай… он ведь видел, что ты стоишь на перепутье и ничего не сделал, так может и не стоит ломать голову? Допустим, ты бросишься туда, в очередной раз вылечишь его головную боль, а дальше что? Он снова вляпается, найдёт новую любовницу, снова кинет тебя в авантюру и унизит. Ты отвергаешь Корфа и Риордана ради… ради чего?
— Тебе они нравятся?
— Они нравятся тебе, Алиса, и поэтому нравятся мне. Даже если с горячим Артемисом у нас ничего не выйдет, то уж с Корфом может! Он мало того, что умеет угадать твои желания, так ещё и сам яркая индивидуальность. Ну и что, что он по твоей версии Питер Пен, не всё же тебе за Робином из Локсли бегать! У твоего Хозяина есть его высокородная Графиня, а от тебя ему нужен секс, высокая результативность в отчётах и маленькая смертность подчинённых.
— Ты, я смотрю, проявляешь неподдельную заботу!
— Мне жаль тебя.
— С чего тебе меня жалеть?
— И на этот вопрос ты знаешь ответ.
— Да, мы ведь одно целое…
— Именно.
— …И поэтому ты будешь со мной, куда бы я не пошла.
— В том и дело, Алиса. Я-то буду с тобой, но не он. Помни об этом: я — твой лучший друг и злейший враг, твой ангел хранитель и твой чёрт на плече. Просто смирись и доверься мне, — Альтер-эго положило руку на зеркало, будто пытаясь прикоснуться ко мне, её рука была такой же нездоровой, как и моя, — Тебе приходят ответы на сложные вопросы, но это всё не то. Движется что-то такое, что переменит твою жизнь полностью.
— Ох, не нравится мне, как ты это говоришь! Не все перемены к лучшему, уж ты должна понимать!
— Я уверена, что эта перемена нам на пользу! Ты должна разобраться в нас, до тех пор ты будешь стоять на месте.
— Я близка.
— И это я тоже знаю. Но всё равно ты увязла и запуталась. Кстати… совещание по зеркалу — это ты здорово придумала. Здесь идею почерпнула?
— Не совсем, — усмехнулась я, — Скайп. Знаешь что это?
— Да, кажется, знаю! Ну что ты решила? Варианта два, что будешь делать?
— Ты ведь знаешь.
Альтер-эго поджало губы:
— Тогда я тебе не помощник!
— Думаю, ты лукавишь. Ты поможешь, ведь ты сама мне дала это видение. Почему?
Отражение стало безразличным и ушло в тень, рождая эхо:
— Тебе ещё рано это знать.
И я проснулась.
Надо срочно выдвигаться и хотя бы попытаться взять с собой людей. Мы подняли тревогу, и уже через десять минут я удивилась тому, что пришли не только мои ребята. Я ожидала увидеть 9 пар мужских глаз, но увидела по меньшей мере двести человек.
— Не ожидала… — вслух произнесла я, — Господа, я всецело в курсе вашего отношения к моему командованию, я тоже не в щенячьем восторге. Ваша подготовка ещё не закончена, но Мордвину нужна наша помощь незамедлительно.
— На Цитадель невозможно напасть.
— Напасть можно, взять нельзя. Но только в том случае, если мы двинемся на помощь сию же минуту. Я не возьму ни одного воина, который не уверен в своих силах, если надо, то пойду одна, но я вижу уже 9 человек, которые готовы идти. Можете отсиживаться у Христа за пазухой столько, сколько сочтёте нужным, мне балласт не нужен. Я выдвигаюсь через десять минут, добровольцам рада, но сомнения мне в бойцах не нужны.
Без лишнего сотрясания воздуха ко мне из толпы идут мои ребята.
— На нас всех лошадей не хватит, — шепчет мне на ухо Дрейк.
— Тогда реквизируем ортоптер Расула!
— Этой рухляди сто лет в обед… — с сомнением ответил мой друг, — Хотя может Лесли поднимет это корыто в воздух, но доберёмся мы не раньше, чем через 9 часов.
— Это слишком долго, Дрейк.
— Но это лучшее, на что мы можем рассчитывать…
У меня защемило сердце от этих слов. Я посмотрел на своих ребят и вдруг увидела своего бледного как мел Артемиса, у которого тряслись руки. Он дёрнулся от испуга и вытащил из ножен меч, когда я внезапно возникла рядом с ним:
— Али, блядь! Я чуть не умер со страху!
— Ты стал очень… раздражительным и напряжённым. Что-то не так? — я говорила нарочито мягко, чтобы вывести его на чистую воды, но это не так-то просто.
— Я… — он замер и посмотрел на меня как-то отрешённо, — Я поссорился со Сью.
Ебтвоюмать! Мордвин с минуты на минуту сотрясёт кровавый бой, а он морочит себе голову какими-то склоками с любовницей! У меня чесалась рука ему врезать, но я сдержала ярость до битвы, пока он оправдывался:
