Посмотрев по сторонам, я ощутил головокружение, ведь столько эмоций проснулись во мне, что я забыл совершенно обо всем, и мне хотелось просто очутиться в более спокойном месте, которое бы не провоцировало меня на мысли, которые в данный момент были мне не нужны. Я закрыл глаза и попытался настолько сильно сомкнуть веки, что даже больно стало от этого. На мгновение я даже подумал, что когда открою глаза, то вокруг меня не будет этого кошмара, и я просто на всего проснусь где-нибудь в своей кровати или хотя бы просто в любом другом месте, нежели здесь. Но к моему глубокому сожалению, я по-прежнему находился в белоснежной комнате. Только я уже был не человеком. Я стал круглым, как шар. Вот сюрприз то.
Мое осознание своей округлости длилось буквально пару минут, и за это время комната успела наполниться подобными мне предметами. Они все чему-то радовались, у них не было четко выраженного лица, так как круглые мячики, или шары – не могу точно определить их наименование, были однотонными. На их поверхности я лишь видел широкие рты, которые выражали определенные эмоции: радость, недовольство, смех и боль. Те из них, которые владели ориентацией в пространстве, без трудностей приземлялись правильно, не защемляя в процессе свои губы – поэтому они радовались. Другие же, которых посетила неудача в этот момент, кривились от боли, от неудобства, и по их выражению губ было видно, что они недовольны. При этом, абсолютно все прыгали от пола до потолка, толкая друг друга и порой отскакивая не только вверх, но и в стороны. Порой, это напоминало кучу запущенных одновременно в стену попрыгунчиков, которые отскакивая от своей цели, возвращались обратно, и продолжали свой путь уже совершенно в другом направлении.
В миг, я заметил, что на меня летит один из шаров, и ощутил невообразимый подъем вверх. Насколько я правильно понимал, глаза были у меня одного, и я видел, как этот шар прицепился ко мне своими губами и поднял меня к потолку. И когда мы оказались у цели, то он словно выплюнул меня сторону, и я также как и все остальные начал скакать на этом «празднике жизни». Мне было весело, и я с первого раза сумел приземлиться не на глаза и не на губы. Ощущения были необычными. Когда я только приземлился на пол впервые, то у меня резко зазвенело в голове, на тот момент конечно у меня не было головы, но это сравнимо наверно с жуткой головной болью, которая сопровождается звоном в ушах. Я уверен, что каждый человек, хотя бы раз в жизни, да испытал подобное. После этого, я услышал жуткий свист, словно ветер задувает в трубку телефона, когда разговариваешь с кем-то, кто идет навстречу ему. И когда я уже оказался на уровне середины комнаты по высоте, то у меня просто образовалась некая «пробка» в ушах, и их просто напросто заложило; ну так обычно закладывает уши, когда самолет взлетает или идет на посадку. Ну а потом снова со свистом летишь вниз, треск внутри при приземлении, и потом, когда уже совершенно не замечаешь этих звуков. Ну, или точнее будет сказать, привыкаешь к ним, и они становятся совершенно незаметными, начинаешь слышать иные звуки, которые можно услышать в толпе людей. Смех, шум и гам – три владыки этого шокирующего места. Каждый из мячей издает свой собственный возглас, будь то клич, смех, плач – и создается впечатление, что ты находишься среди детей.
Безумные минуты летели в компании приобретение друзей, и радость не просто переполняла меня, но давала возможность впервые в жизни отдалиться от проблем и начать жить. Да, жизнь в этой непонятной реальности и странные превращения были чем-то неизведанным, но зато манили и тянули своей необычностью. Мир мне казался не таким уж и серым, как во время моего пребывания в нормальной реальности. Я практически забыл о проблемах и думал лишь о веселье и хорошем настроении. Мне было комфортно и радостно. Внезапно, даже не заметил в какой миг, но мы оказались на какой-то затуманенной поляне. Комната с ужасающими рисунками на стенах унеслась из моей памяти в миг. Игра же настолько сильно мне понравилась, что я даже забыл о времени. Как вдруг моё внимание привлекла фигура какого-то человека.
Этот человек был в темных одеждах, но на его ногах была надета обувь красного цвета. Что это было именно, я не сумел разглядеть: толи ботинки, толи туфли, толи кроссовки. Руки были засунуты в карманы брюк, а черная рубашка сливалась с черным галстуком. В принципе, вкус в одежде у этого человека имелся, и я даже подумал, что он находится в трауре по кому-то. Пиджак, по размеру надетый на нем, плотно прилегал к телу. Темные волосы были под цвет одежды, если не чернее. Хотя, в принципе, разве что-то может быть чернее черного? Да, этот вопрос всегда меня интересовал. И тут я убедился, что все возможно. При этом чуть ли не белоснежное лицо, с каменным выражением как у статуи сверлило меня своими угольно-черными глазами. Мне становилось не по себе от его взгляда, и я захотел подойти поближе, но в тот же миг вспомнил, что не в человеческом обличии.
