Вопросы и ответы полностью

²⁶¹ Понятие «злострадания» (κακοπσθεία) в святоотеческой письменности предполагает (в положительном смысле) добровольное умерщвление в себе греховных страстей посредством сугубых подвигов. Так, в сочинении «О девстве», приписываемом свт. Афанасию Великому, говорится о праведнике: «Утруждается он день и ночь, взыскуя Бога, часто не вкушая сна, хлебом и водою не насыщая душу, скитаясь по пустыням, смиряя тело многим злостраданием, – [и так до тех пор,] пока не получит неувядающий венец, уготованный ему» (См. наш перевод: У истоков культуры святости. Памятники древнецерковной аскетической и монашеской письменности. М., 2002. С. 167). Относительно «бдения» (αγρυπνία) ясно высказывается преп. Иоанн Лествичник, замечая среди прочего: «Бдение есть погашение плотских разжжений, избавление от сновидений, исполнение очей слезами, умягчение сердца, хранение помыслов, лучшее горнило для сварения принятой пищи, укрощение злых духов, обуздание языка, прогнание мечтаний» (Преп. Иоанн Лествичник. Райская лествица. 20, 5 // Преподобный Иоанн Лествичник. Лествица. С. 142).

²⁶² См. Вопрос 91 основного текста.

²⁶³ Очень отдаленное сходство этот Вопрос имеет с Вопросом 18 основного текста.

²⁶⁴ Относительно гордости (η ύπερηφανία), то она у подавляющего числа отцов Церкви и церковных писателей считалась за наиглавнейший грех и матерь всех пороков и страстей. Что же касается памятозлобия или злопамятства, то этот грех также признавался за весьма существенный. Преп. Максим по поводу этого греха кратко и емко говорит: «Кто попечение о плоти превращает в похоть (Рим. 13:14) и злопамятствует на ближнего из-за каких-либо временных [благ], тот служит твари вместо Творца (Рим. 1:25)» (Преп. Максим Исповедник. Главы о любви. I, 20 // Преподобный Максим Исповедник. Главы о любви / Пер. и коммент. А.И. Сидорова. М., 2013. С. 17).

²⁶⁵ Так цитирует преп. Анастасий.

²⁶⁶ Ср. Вопрос 33 основного текста.

²⁶⁷ Первые два параграфа совпадают с Вопросом 41 основного текста и опускаются, но остальные параграфы представляют собой независимый текст, который мы и переводим.

²⁶⁸ Ср. на сей счет замечание блж. Феофилакта, который говорит, что апостол ведет здесь речь о Таинах и «указывает высочайшее благо в том, чтобы приступать с чистой совестью, и говорит: “…я не поставляю судьей над тобою другого, но тебя самого. Итак, оправдайся пред своей совестью, и таким образом, приступай не тогда, когда будут праздники, но когда найдешь себя чистым и достойным”» (Благовестник, или Толкование блаженного Феофилакта, Архиепископа Болгарского. Т. 3. Киев, 2006. С. 215).

²⁶⁹ В данном случае речь идет, скорее всего, о Таинстве Покаяния, предполагающем, естественно, и исповедь. Автор в предшествующем параграфе, где говорится о мелких прегрешениях, высказывается о личном и частном исповедовании пред Богом (εξομολογούμενοι τω Θειο), а здесь употребляет серьезное и сильное выражение: άξίως μετανοησωμεν.

²⁷⁰ В Вопросе 67 основного текста также говорится не об Ахимелехе, а об Авиафаре (сыне Ахимелеха), который, опять же, назван первосвященником.

²⁷¹ Цитата представляет из себя сложный состав из различных мест Священного Писания: Тов. 4:10; 12:9; Сир. 3:30; Дан. 4:24; 1 Пет. 4:8.

²⁷² Ср. толкование: «Существует два рода греха: грех не к смерти и грех к смерти. Грех не к смерти – это тот, в котором человек кается. Каждый грех наносит душе по одной малой смерти; а покаянием человек изгоняет грех из себя, изгоняет смерть, воскрешает душу свою из мертвых. Покаяние – это не только второе крещение, но и первое воскресение. Ибо оно есть воскресение души из мертвых. Покаяние разрушает гроб души, убивает духовную смерть, вводя человека в вечную жизнь. Какой бы грех ни имел человек, если он покаялся – он восстал из мертвых: Был мертв и ожил; пропадал и нашелся (Лк. 15:24, 32). Так, всякий раскаянный грех есть грех не к смерти, даже если был содеян “семь раз в день” и “семь раз в день” сотворивший его пришел и сказал “каюсь” (Лк. 17:3–4). А грех к смерти есть всякий нераскаянный грех, то есть всякий грех, при котором и в котором человек остается сознательно, самохотно и упорно. Такой грех вызывает смерть души. А смерть души есть не что иное, как отделение души от Бога, лишение души Бога и Его благодатных даров и сил» (Архимандрит Юстин (Попович). Толкование Посланий св. Иоанна Богослова. Мюнхен, 2000. С. 93).

²⁷³ Уже в Римской империи чародейство и колдовство, особенно связанное с изготовлением всяких зелий и ядов, считалось одним из самых тяжких уголовных преступлений и сурово каралось. Именно к этой категории преступников и относился Даниил, которого автор называет τις φαρ μακδς ’ίουδαιος.