А теперь еще и принимать в этом участие…
— Мы не дознаватели! — возразил я. — Мы не собираемся становиться частью вашего взвода и нам эти навыки ни к чему!.. Не сейчас…
— А это уже мне решать, — фыркнула она. — Вас отдали на мое попечение, и я научу вас всему необходимому. Что я считаю необходимым.
Я от злости закусил губу. Мы не можем не подчиниться. Мы синигами Готея 13. Мы обязаны подчиняться.
— Вам так хочется нас сломать? — прорычал я.
— Нет, — покачала она головой. — Тебя хочу сломать.
По моей спине пробежала стадо мурашек.
— Ты глуп и слаб. Твои убеждения смехотворны и слабы. Если хочешь быть героем проваливай из нашего отряда и идти к Зараки или другим, где нужны дуболомы. А мы черные стервятники среди белых орлов. Мы берем на себя всю мерзость Готея, чтобы остальные оставались чисты и спокойны. Придя сюда, ты подписал свой приговор.
— У вас самой, что ли сердца нет? — вскипал я, но старался держать себя в руках. Она провоцирует меня. — Вы хотите, чтобы я стал таким же, как вы? Убить собственную душу?
— Как я? — она только подняла бровь. — Хех, — она развернулась. — Иди за мной… Это приказ, 108-й.
Мне ничего не оставалось, как молча пойти за ней. Надел маску и последовал за Хааной.
Мы вышли из столовой и направились в сторону камер сверх строгого режима. Туда отправляют только самых опасных людей, которым нельзя держать с остальными. Она рассказала, что в одной из камер раньше держали капитана Куроцучи.
Мы прошли эти камеры и углубились в темные коридоры и вскоре пришли к большой стальной двери.
Хаана достала ключ и открыла дверь.
Внутри камеры было темно, но женщина включила свет.
В не очень большом помещении находился один человек. Полностью лысый, тощий как скелет, и полностью закованный в цепи.
Его руки, ноги, шея, торс, все было в цепях и прибито к стене.
Он мертвым взглядом смотрел в пустоту, пускал слюни и никак не реагировал на наше присутствие.
Действия Хааны очень удивили меня.
Она подошла к этому человеку, платком вытерла его рот. Только сейчас я замети в ее руках тарелку и кашу.
И она начала кормить этого человека с ложки. Аккуратно, чтобы жидкая каша проваливалась в глотку, потому как жевать этот человек, похоже, не мог.
Я пораженно смотрел как старательно, аккуратно и даже ласково Хаана кормила его. Она что-то шептала человеку, гладила его по голове и хвалила.
Когда она закончила она встала.
— Знакомься, — сказала она. — Это Чуути, мой сын.
Я вздрогнул и в ужасе уставился на мужчину.
Это ее сын? Она посадила сюда собственного сына?
— Мой мальчик сильно пострадал на миссии, — она погладила его по щеке. — Пустой что-то сделал с ним и врачи и ученые не могли ему помочь. Его кожа непрерывно выделяла ядовитые испарения, которые при долгом контакте, могли убить даже капитана. От этого мальчик и лишился рассудка. Помочь ему никто не мог… — она вздохнула. — Эта собака Маюри предлагал забрать моего мальчика для своих опытов, но я возразила. Благодаря капитану Сой Фон, его поместили сюда, вместо того, чтобы его разобрали и проводили испытания в лаборатории, — она вытерла руку платком. — Он был таким же, как ты. Идеалист. Дурак, считающий, что может что-то изменить. Нажил себе врагов.
Она повернулась ко мне, и только сейчас я увидел, что она плачет.
— Скажи мне. Чья душа более мертвая? — усмехнулась она. Я сделал шаг назад. — Ты так же закончишь. Ты будешь разбит, уничтожен и все твои мечты и идеалы рассыпятся в прах. Тогда ты и вспомнишь меня.
Я не знал что сказать.
Она права… Но я не хочу… Я не знаю…
Я…
— Глупый мальчишка, — покачала она головой. — Идем… ААРРР!
Она вскрикивает и выплевывает кровь.
Из ее спины вырывается кровь, и неведомая сила отшвыривает женщину в стену.
— СВО-О-О-О-О-БО-О-О-О-О-О-ДА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!!
Его крик сотрясает стены, а давление реацу чуть не вбивает меня в землю.
Ее сын, пробил ее тело и одним движением срывает свои цепи и встает на ноги…
Меня отбрасывает в стену и чуть ли не вдавливает. Я, кажется, на секунду потерял сознание.
— РААААААААААААААААААА!!! — он кричит и рвет свои цепи.
Он отрывает цепи от стены.
Он смеется. Дико, безумно с надрывом.
Духовное давление спадает, и я падаю на пол.
Дышать тяжело.
Что за черт?
— СВОБОДА!!! — он вновь радостно закричал.
Сорвал цепи со стены и, не обращая на меня внимание, он рванул вперед по коридору.
Давление ослабло.
Подбежал к Хаане.
Она была жива, ранена сильно, из спины идет сильное кровотечение.
— Вон… — она с трудом подняла руку, указывая на стену. Там была какая-то кнопка. — Тревога…
Я тут же подскочил к стене и нажал на кнопку.
Тут же загремела сирена.
— Это перекроет… выходы… — прохрипела она и отрубилась.
Быстро перевязал ее спину, как умел.
Я взвалил ее себе на спину и рванул к выходу. Я не врач и лечить не умею, только кровь остановил, как мог.
Ворвался в зал, а там уже начался кошмар. Чуути уже дрался с охранниками. Видя такое положение надзирателей многие заключенные стали помогать беглецу. У охраны нет занпакто, а их враг слишком силен.
