Касия из рода Воронов давно поставила крест на своей личной жизни и мечтала о простом: работать, аккуратно сортировать письма, не путать посылки и больше никого не ждать. Но в первый же день работы в почтовом бюро она сталкивается с Рейтором, неприветливым вестником-одиночкой. Рейтор разрабатывает опасный план, собираясь помочь своему роду. Пути двух одиночек пересекаются, мешая уже поставленным целям. Оба клянутся больше никогда… У обоих — не получается.История происходит в мире Порядка и входит в цикл "Дочь Скорпиона". Читается самостоятельно.
Здание городской почты было матово-черным, значительным. Над нижним входом возвышалась круглая башня, отделанная черной черепицей. По ней дружным хороводом шли маленькие круглые окна, которые прерывала большая дверь с полукруглым фрамужным окном. Перед ней располагался большой балкон, огороженный массивной балюстрадой с фигурными балясинами. На поручнях сидели каменные вороны с распростертыми крыльями.
Мы сели на балконе. Я посмотрела вниз и шаркнула туфлей по линиям солнечных часов, удобно выбитых прямо на поверхности балкона. Утро стояло солнечное. Гномон часов уверенно приближался к десятому делению.
Перекинувшись в не-ворона, хозяин почтового бюро Аний коротко мотнул лысеющей головой на дверь и вошел первым. Мужчина немного прихрамывал, но шагал быстро. Я обернулась следом и сосредоточенно засеменила за начальником, стараясь ничего не упустить. Туфли чуть проскальзывали на мерзлых камнях.
— Работать будешь здесь, — проговорил Аний.
Его голос громом прокатился по комнате и замолк. Я огляделась.
Вкусно пахло бумагой. Большую часть небольшой комнаты занимала высокая стойка из черного дерева. За ней располагался такой же черный стол, заваленный квадратиками записок. У стен стояли пронумерованные бесконечные стеллажи с небольшими квадратными полками. Большая часть полок пустовала. Мне все нравилось.
Аний прошел через дверь, встроенную в стойку, на ходу показывая, где что. Я только успевала вертеть головой, стараясь идти в шаг и не наткнуться на спину начальника.
— Тут подсобка. Старое, невостребованное, документы за тот век, кушетка прилечь. Ешь в подсобке, не при всех! Никаких крошек на столе! Тут отхожее. Вода есть. В этой стене подъемный ящик, через него будешь получать почту. Видишь веревку? Осторожнее с ним, не роняй. Конструкция деликатная, еще изобретатель Мариций делал, слышала о таком?
О Мариции я не слышала ровным счетом ничего, но на всякий случай кивнула, сообразив, что имя Аний сказал так, к слову, экзаменовать не будет. Тем временем он быстро и коротко инструктировал.
— Работа простая. Когда груз приходит, твое дело разобрать по описи, пронумеровать, разложить, записать. Никаких завалов на столе! Складывать будешь по алфавиту. Вестник прилетает, отдаешь ему первое по списку, записываешь кто взял. Как все раздашь и уже знаешь, что никто не прилетит, свободна. А пока не раздала, не дождалась последнего — сиди.
Тщательно запоминая каждое слово, я усердно кивала. Аний открыл окно подъемника, показывая мне темное жерло шахты, захлопнул створки.
— Ничего сложного. Главное, делай все по должностной инструкции. И будешь работать долго, спокойно. Как Лада.
Я покосилась на пустое потертое кресло.
Собственно, та Лада на нем и померла. Вроде как от старости.
У меня не было настолько длинного плана. Пересидеть бы год до двадцати пяти, а там… Может что и сложится в жизни.
— Учти, если ты среди вестников собралась спутника найти… — снова начал Аний.
— Не собралась. Я здесь, чтобы работать, — твердо сообщила я. — Только для этого.
Аний оглядел меня с ног до головы, как и все задерживая взгляд на рыжеватых волосах, уличающих мое неоднозначное происхождение. По лицу, движению морщин на лбу и прищуру было очевидно — сомневается.
— Иного не жди. Вестники твоего возраста — давно женаты, — все же сообщил он. Я не успела категорично возразить, что не все женщины непременно мечтают о замужестве, как Аний сменил тему. — Нянчиться с тобой у меня времени нет, на проводы лечу. Слышала, что случилось?
— Да, — тихо произнесла я, посмотрев в пол.
О несчастье слышали все. Несколько дней назад один из всеведущих принял пищу в гостях и погиб. После выяснилось, что его отравили: хозяин намеренно предложил гостю отраву, боясь, что тот узнает о его грязных делах. По договору род Воронов вот уже больше двух десятков лет не имеет право воздействовать на великородных без разрешения. Всеведущий мог прочитать преступника и спастись, но не имел права. Отравителя-то казнили, только жизнь погибшему Ворону уже не вернуть.
— Знала его?
— Нет, — я помотала головой.
— Я знал, — коротко проговорил Аний, долго глядя в окно. — Н-да…
Он шумно вздохнул, но больше о погибшем говорить не стал.
— В инструкции все написано, — он вернулся к начальственному тону. — Изучи.
Аний вытащил со стойки и вручил мне такую большую книгу, что я не сразу сообразила, как ее ловчее перехватить. Книга была форматом от надплечья до запястья.
— Чтобы не потеряли, — он заметил мое удивление размером. — Сначала обычные листки были, но попропадали, будто птицы склевали, надо ж… А эта уже десятый год держится. Кстати, о потерях. Во все глаза смотри, миса Касия! За потери буду штрафовать. Порядок соблюдай.
— Со…блюдю, — поспешно вымолвила я. Сообразив, что сморозила, поспешно поправила. — Буду блюсти!
Сделав внушительные глаза, Аний аккуратно поправил одинокое письмо на полке «А».
— Разбираешь, нумеруешь, записываешь, складываешь, — снова повторил он. — Когда отдаешь, записываешь, что отдала. Свободна, когда раздашь. Поняла?