То и дело поглядывая вниз и по сторонам, я продолжал спуск. Несмотря на то, что мне подсознательно хотелось как можно быстрее покинуть это место и выбраться на свежий воздух, о спешке пришлось забыть: от влаги лестница стала довольно скользкой. Благо, хотя бы боязнь высоты меня не мучила, поэтому дело медленно, но верно спорилось.
Одежда на спине довольно быстро промокла от ледяных брызг и пота. Она неприятно холодила кожу, липла к телу и стесняла движения, но я упрямо переставлял ноги, погружаясь в огромный колодец мрака.
Свет от фонарика Кредова практически не доходил до моего текущего местоположения. Оказавшись рядом с еще одним неработающим сливом, я забрался в него, чтобы дать отдых рукам и ногам, а заодно и немного перевести дух.
Здесь, ближе к поверхности воды, всплески и стрекот слышались куда отчетливее. Но мне хотелось добыть более точные сведения, чтобы передать их Нечаеву. Когда конечности перестали неприятно зудеть, я поднялся и снова подошел к краю, но не спешил вновь забираться на лестницу. Сначала включил фонарь и посмотрел вниз.
С моих губ незамедлительно сорвалось почти неразличимое:
— Твою-то мать…
В воде кишели личинки полозов. То, что я сверху по ошибке принял за темную бурлящую воду, оказалось массой их извивающихся в грязи тел. Сама вода стекала куда-то ниже, а существа толкались в подобии болота. Сотни, если не тысячи тварей роились в этом Богом забытом коллекторе, набираясь сил, чтобы выбраться на поверхность и устроить в столице форменную бойню.
Пошарив фонарем по окрестностям, я заприметил в одном из самых нижних тоннелей слабую пульсацию призрачного света. Кажется, там находились коконы. По крайней мере, в пещерах под Ведьминым лесам они пульсировали так же. Но пока это оставалось лишь моей догадкой: лезть в массу чудовищ, чтобы это проверить, у меня не возникало никакого желания.
Резкий лязг на другом конце тоннеля, в котором я укрывался, привлек мое внимание. Быстро выключив фонарь, я вжался в стену и медленно попятился к обрыву. В прямой каменной кишке спрятаться было негде, поэтому я принял решение затаиться на лестнице, чуть ниже выхода.
Мгновения тянулись мучительно долго. Лязг не повторялся, а другие звуки растворялись в грохоте водопадов. Когда я уже готов был списать услышанный лязг на разыгравшееся воображение, прямо над моей головой что-то шаркнуло. Потом еще раз, и еще, словно кто-то рывками тащил нечто тяжелое.
К явственному шороху прибавился стрекот и неприятное чавканье. Личинки полозов подо мной зашевелились активнее. Они почувствовали приближение своих сородичей. Когда небольшой полоз выскользнул из тоннеля над моей головой и с влажным шлепком свалился в кучу остальных, я нисколько не удивился.
Следом за ним вниз полетело три человеческих тела: по крайней мере, мне так показалось. Личинки встрепенулись и бросились к телам.
Пришло время кормежки.
На выступе надо мной кто-то стоял и издавал громкий стрекот и клацанья, словно желал тварям «приятного аппетита». Гнев Чернобога всколыхнулся огромной приливной волной, едва не смывшей мое собственное сознание. Еще чуть-чуть, и я бы бросился в бессмысленную атаку, которая, несомненно, обрекла бы меня на смерть.
Но мне удалось сдержаться.
Когда стрекот над головой стих, я осторожно поднялся и крадучись направился следом за тем или теми, кто прошел тут совсем недавно. Впереди все еще разливалась непроглядная тьма, но использовать фонарь было бы фатальной ошибкой.
Я несколько раз закрыл и открыл глаза, в надежде «приморгаться» и разглядеть хоть что-то, как вдруг тьма перед взором посветлела и чуть разошлась. Мои чувства обострились до предела, и «картинка» перед глазами стала черно белой, наполненной визуальным «шумом», но всё же различимой.
И это спасло мне жизнь…
Громадная тварь, одновременно похожая и на человека, и на осьминога занимала почти весь тоннель, при этом горбясь и приседая. Она стояла в пяти метрах впереди и смотрела точно на меня восемью узкими ониксовыми глазами.
Наши взгляды встретились.
Обрамленный извивающимися отростками и похожий на клюв рот существа открылся, и из него вырвалось два резких гортанных звука. Тварь выбросила вперед конечность в виде сросшихся щупалец. Та совершенно противоестественно удлинилась и едва не ударила меня в грудь. Лишь в последний момент я успел среагировать и выставить перед собой сотканный из собственной тени щит.
Сила Чернобога не подвела, но сильнейший удар сорвал меня с места и выбросил из тоннеля. Взмахнув в полете руками и ногами, я свалился точно в живое болото личинок. Тело одной из них смягчило удар, но воздух все равно с хрипом вырвался из моих легких.
Если бы не влияние проклятого драгуна и его всепоглощающий гнев вкупе с хлынувшим в кровь адреналином, я бы так и остался валяться среди извивающихся тел. Но вместо этого вскочил на ноги и заскрежетал зубами так, что этот звук не смогла заглушить даже льющаяся сверху вода.
