– Так, – Блу сделала глубокий вдох. – Она сказала, что не станет вам помогать. Но я этого не говорила.
После того как Адам позвонил, Блу торопливо набросала приблизительную карту дороги к безымянной церкви, где она сидела с Нив в канун дня святого Марка. Это были всего лишь несколько параллельных линий, символизирующих шоссе, подписанные тонкими буковками улицы и, наконец, площадь, обозначенная одним-единственным словом: ЦЕРКОВЬ.
Она протянула Адаму карту – совершенно не впечатляющего вида, на смятом тетрадном листке. А затем достала из сумки тетрадь Ганси.
Адам остановился. Блу, опередившая его на пару шагов, ждала, а он, нахмурившись, смотрел на то, что она держала в руках. Он взял тетрадь – очень осторожно, как будто она была ему дорога, ну или, точнее, она была дорога кому-то, кто был дорог Адаму. Блу отчаянно хотела добиться его доверия и уважения, и, судя по лицу Адама, у нее на это оставалось совсем немного времени.
– Ганси оставил тетрадь в «Нино», – быстро сказала Блу. – Я знаю, что надо было отдать ее сразу после сеанса, но мама… в общем, ты ее видел. Обычно она не… обычно она так себя не ведет. Я не знала, что и подумать. Вот. Я хочу участвовать в том, что вы делаете, ребята. Если в Генриетте действительно происходит нечто сверхъестественное, я хочу это видеть. Всё.
Адам просто спросил:
– Почему?
При разговоре с ним не могло быть никаких вариантов, кроме правды, причем изложенной максимально просто. Адам не согласился бы ни на что другое.
– Я – единственная в моей семье, у кого нет дара ясновидения. Ты слышал мою маму: я способна облегчать процесс для тех, кто умеет читать будущее. Если магия существует, я просто хочу ее увидеть. Хоть раз.
– Ты не лучше Ганси, – сказал Адам, хотя, судя по всему, он вовсе не считал, что это так уж скверно. – Ему ничего другого не надо – только убедиться, что магия есть.
Он повертел в руках карту на тетрадном листке. Блу сразу же испытала облегчение; только теперь, когда Адам начал двигаться вновь, она поняла, насколько он был неподвижен до тех пор. Напряжение как будто ушло.
– Это путь к дороге ме… к силовой линии, – объяснила Блу, указав на свой рисунок. – Церковь находится на ней.
– Ты уверена?
Блу устремила на него испепеляющий взгляд.
– Слушай, либо ты веришь мне, либо нет. Ведь это ты меня пригласил. «Заниматься исследованиями».
Адам растекся в ухмылке – столь нетипичном выражении, что черты его лица полностью сместились, чтобы к нему приспособиться.
– Я смотрю, ты не из тихонь?
Судя по тому, как он это сказал, Блу удалось произвести на Адама впечатление – примерно так, как мужчин обычно поражала Орла. Блу очень понравился эффект, тем более что ей ничего не понадобилось делать, кроме как быть собой.
– Вот уж точно нет.
– Хорошо, – сказал Адам. – Думаю, ты скоро поймешь, что я – как раз наоборот. Если тебя это не смущает, наверно, мы поладим.
Оказалось, что она проходила или проезжала мимо жилища Ганси каждый день, по пути в школу и в «Нино». Когда они зашагали по направлению к громадному заводскому складу, Блу заметила оранжевый блеск «Камаро» на заросшей парковке. А всего в сотне шагов от машины стоял сверкающий темно-синий вертолет.
До сих пор она не особенно в это верила. Блу не была готова увидеть настоящий, реальный вертолет, который вдобавок смотрелся на парковке вполне естественно. Как будто кто-то поставил там, ну, к примеру, джип.
Блу остановилась, как вкопанная, и выдохнула:
– Ого.
– Да, – сказал Адам.
И снова там был Ганси, и снова Блу испытала нечто странное, пытаясь соединить две картинки – Ганси-призрака и Ганси-человека, стоявшего рядом с вертолетом.
– Ну наконец-то! – крикнул он и поспешил к ним.
На нем были те же идиотские ботинки, что и во время сеанса, на сей раз в сочетании с бриджами и желтой рубашкой поло. Они придавали Ганси вид человека, приготовившегося к любой экстренной ситуации (лишь бы эта ситуация предполагала, что он окажется на борту яхты). В руке Ганси держал бутылку с натуральным яблочным соком.
Он указал ею на Блу.
– Ты с нами?
Как и на сеансе, Блу от одного лишь его присутствия почувствовала себя убогой, маленькой и глупой. По мере сил борясь с акцентом и стараясь не тянуть гласные, она ответила:
– Ты имеешь в виду – с вами в вертолете, который оказался тут по твоему щелчку?
Ганси надел чистенький кожаный рюкзак на свои чистенькие плечи, обтянутые льняной тканью. Он улыбнулся – снисходительно и радушно, как будто это не ее мать недавно отказала ему в каком-либо сотрудничестве. Как будто Мора не была почти запредельно груба.
– Ты говоришь так, как будто это плохо.
У него за спиной запустился мотор вертолета. Адам протянул Ганси тетрадь, и тот словно испугался. Лишь на долю секунды бесстрастие покинуло его лицо, но Блу успела вновь убедиться, что Деловой Тип с Мобильником – это маска.
– Где она была? – крикнул Ганси.
Ему приходилось кричать. Теперь, когда мотор работал на полную мощность, лопасти уже не выли, а визжали. Воздух бился в ушах Блу, и это было скорее ощущение, чем звук.
Адам указал на нее.
– Спасибо! – прокричал Ганси.
