Лера смущалась поначалу, но присутствие Яры, ее незаметное вовлечение в разговор мало-помалу раскрепостили. Но более — теплая рука мужа, что раз за разом поглаживала ее пальцы. Девушка смотрела по сторонам, на дивно расписанную трапезную, на нарядных гостей, на столы что ломились от яств в дорогой посуде. Потом переводила взгляд на мужчину с рядом с хищным профилем и строгим взглядом. И не верилось. Неужели это все сейчас происходит с ней?
— О чем задумалась? — чутко уловил ее состояние Драгомир.
— О чуде. Если бы меня не закинуло сюда… Мы бы не встретились. Я бы сейчас сидела в общаге и зубрила новый материал.
— Обязательно встретились бы, весна моя. Наши души слишком сильно звали друг друга.
— То-то ты на меня рычал и измывался.
— Не все могут распознать веления души, — иронично улыбнулся Драгомир, — но ты так живописно появилась, что у меня не было шансов. Твои желтые сапоги сразили в самое сердце. Люблю тебя, мышонок, — он коснулся губами тонких пальцев.
— И я тебя люблю.
Веселой была эта свадьба. Многие девушки пели, часто выходили рысята, которые успели подготовить несколько номеров. Звучали громкие, порой пошловатые здравицы. Люди понемногу расслабились. Поняли, что в такой день никого не осудит суровый волхв, потому пели и плясали от души. И это не считая конкурсов, ради которых Яра безцеремонно вытаскивала из-за столов самых именитых и насупленных. А чего сидят, надменными рожами настроение портят. Ничего, не убудет с них. Молодежи в зале было много, от того хохотали и веселились, заражая своим настроением остальных.
Князь самолично одаривал победителей, заставляя краснеть некоторых девушек. Даже рыси смущались, хотя привычные они к княжьему присутствию. Частенько Велеслав к ним в терем захаживал, ежели Яра спарринги устраивала. Может и привычные, да глаза его колдовские и улыбка уверенная любое девичье сердце быстрее биться заставит. Не старался Велеслав очаровывать, да само оно выходило. Потому Яра и не спускала глаз, когда он в логово с молодыми дружинниками приходил. Мало кто мог правителя удержать ежели ему девка приглянулась. Уж больно охоч до женского тела, да только рысей не трогал, помня уговор с Ярой. И без того хватало желающих ему постель согреть.
Когда заиграла незнакомая мелодия, переглянулись только те две, что ее узнали — Яра и невеста.
— Я не мог оставить тебя без первого танца. Пойдем, родная, — прошептал Драгомир, поднимаясь и увлекая Леру за собой.
Вальс? Как и когда он успел с музыкантами разучить чарующую мелодию, от которой нервы вытягиваются в струнку и тихонько звенят? Он медленно вывел ее на середину зала, позволяя гостям еще раз полюбоваться красотой платья. Одна рука на узкой спине, вторая — бережно держит маленькую ладонь. Лера доверчиво кладет ладонь ему на плечо и позволяет увести в первый шаг. На одном вдохе, глаза в глаза. Слова не нужны — ее улыбка светится благодарностью и восхищением. А еще в глазах обоих море любви, для которой не хватит всех слов на свете. Зал вновь потрясенно молчит, захваченный действием, что разворачивается перед их глазами. Со стороны кажется, что настоящую весну сейчас держит в руках волхв. Весну, окутанную первым цветом, нежной зарей и щемящим предвкушением счастья. Кружит по залу, оберегающим жестом придерживая хрупкую спину.
Когда Драгомир опустился на одно колено, позволяя жене мягко обойти его по кругу, зал ахнул. А кое-кто из женщин и прослезился. Никогда доселе не было, чтоб мужчина перед женой, да еще и прилюдно… Ежели бы кто другой — точно признак слабости. Но вот волхва Верховного слабым никто назвать не мог. Сейчас это был жест сильного, который настолько в своей силе и в своих чувствах уверен, что не стыдится уступить слабому. Своей женщине. Что это — если не любовь?
Еще один круг по залу и Драгомир легко, словно пушинку подбрасывает жену вверх. Под слаженное аханье она широко расправляет руки, словно и впрямь улететь готова. Да только мужские руки держат надежно, застывает Лера в самой высокой точке, нежно улыбаясь, и потом медленно оказывается стоящей на полу. Все в тех же надежных руках, которые делом доказали, что удержат в любой ситуации. Музыка смолкла, а молодожены так и стояли посреди зала, не размыкая рук и не сводя друг с друга глаз.
— Люблю тебя, — прошептали одновременно.
— Вот так надо жену на руках носить. Не то, что ты, — раздался неожиданно громкий голос.
— Да я б и носил, ежели бы тебе пару пудов скинуть, — звук подзатыльника утонул во всеобщем восхищенном гомоне.
Далее они вернулись за стол, а Байрат забросал воеводу вопросами — что сие было и всегда ли так у них на свадьбах происходит? А можно ли ему так станцевать? Учат ли где, али с малолетства все умеют? А жениться для этого обязательно?
