Он устал, оттого что девушка-ворон опиралась в основном на него, - видела Руся. А потому начал хромать на ту ногу, которой две недели назад больше всего досталось от упыря. И тогда, благо Карина пока ни о чём не подозревала и, кажется, до сих пор находилась под заклятием времени, хоть и коснулась его слегка, Руся осторожно, используя повороты лестницы, постаралась взять её вес на себя. Последнюю лестницу преодолевали - воронушка, которую Руся уже полностью тащила на себе, опять ничего не соображала, а Митя цеплялся за перила и громко выдыхал. И Руся подумала так, как наверняка подумала бы её бабуля: “Мальчишку только-только на ноги подняли, а уже такую тяжесть таскать заставили!” И как там бабуля? Наверное, уже спать легла. Так подумалось, когда они прошли мимо бабулиной квартиры.
Митя открыл дверь в квартиру Данияра - на тот раз тот оставил ему ключи. Руся немедленно взвалила на своё плечо руку воронушки и потащила дальше: та опять начала как-то странно двигаться, обводя отстранённым взглядом потолок и стены. Правда, когда минули прихожую, она собралась с силами и довольно-таки на твёрдых ногах, почти не опираясь на Русю, прошествовала к дивану. Куда её Руся с помощью Мити и сгрузила.
- Я за чаем, - вполголоса сказала Руся Мите.
- А мне? - выдохнул тот.
- На всех сделаю, - ободряюще кивнула девушка и убежала на кухню, на которой за две недели освоилась неплохо.
А когда вернулась, воронушка и Митя сидели всё так же: она - на диване, он - у стола. Поставив на стол поднос с чашками и бутербродами, Руся первым делом понесла чай Карине, зная, что Митя сам возьмёт всё, что ему нужно.
- А ты кто? - неожиданно неприязненно спросила Карина у неё. - Я так поняла, что здесь все вороны, кроме тебя?
Поскольку воронушка смотрела в этот момент чуть выше Русиных глаз, девушка сообразила, откуда такой вопрос. Голова - волосы, необычно перевитые с золотистыми ленточками. Чуть не фыркнув, Руся почти наивно ответила:
- А я им помогаю. Чтоб голодными не остались.
И отвернулась, пряча улыбку, пошла к столу. Митя глядел на неё обалдевшими глазами. Открыл рот, наверное - спросить, почему она не сказала, что посредница. А потом откинулся на спинку стула. Понял, почему ей не хочется объяснять воронушке?.. Ничего себе, кстати - воронушка. Да она целая акула!.. Ишь, не нравится ей, что среди воронов затесался кто-то - не ворон! Сама ещё в себя не пришла, а уже критикует…
- Пойду - ещё бутербродов наделаю, - тихо сказала Руся Мите.
Но Карина услышала и с неожиданным презрением окликнула:
- Так ты прислуга здесь, что ли?
- Сама ты прислуга!.. - вырвалось у возмущённого Мити. - У этих - у алконостов!
- Ты!.. - взвилась девушка-ворон.
Пока она, чуть не заикаясь со злости, пыталась найти слова что-то агрессивное ответить парнишке-ворону, Руся хотела было её успокоить, думая про себя: “А ведь Митя-то прав насчёт тебя!” Но не успела ни слова сказать, ни даже шагу ступить: в комнату вошли мужчины.
- Карина, как ты себя чувствуешь? - сразу спросил Данияр, с тревогой взглядывая на воронушку. - Головокружение есть?
- Нет! - буркнула та, глядя исподлобья на всех.
- Руся, пойдём - без тебя никак, - хмуро сказал Александр Михайлович. - Поговорим с Зеркальником. Может, он видел, кто был у почтовых ящиков.
- А что там? - примирительно улыбнувшись Мите в дверях из комнаты и выходя следом за мужчинами в прихожую, спросила Руся.
- Кто-то подложил в мой ящик бумаги Всеволода.
И только сейчас Руся заметила в руках Данияра пачку бумаг. Забыв обо всём, она поспешила за мужчинами: Александр Михайлович заглянул в комнату, кивнул удивлённой (мельком заметила Руся) Карине и тоже пошёл с уходящими. Руся сначала тоже удивилась: а он-то почему не остался? Но вспомнила: во-первых, сторожить посредницу - мало ли. Во-вторых, он до сих пор с детским восторгом воспринимает появление нечистиков, хотя и старается спрятать свои чувства и уже не один раз видел и Зеркальника, и барабашек… Митя, наверное, обиделся, что ему приходится сидеть с Кариной. Ничего. Как только Зеркальник покажет, кто принёс бумаги, Руся уведёт парнишку-ворона на балкон - и они поболтают с барабашками: те знают множество интереснейших (и абсолютно не нужных взрослым воронам) историй про жителей дома.
Александр Михайлович побежал по лестницам быстрей всех, а Руся вздохнула: жаль, бабулин дом старенький и всего лишь в пять этажей! Был бы лифт - насколько легче было бы и с перемещением воронушки, и с перебежками… А потом она подумала: “Может, не надо было оставлять Митю с Кариной наедине? Переругаются ещё без нас…”
