— А как еще я должен себя чувствовать, напрасно теряя время? — огрызнулся Рудински. —
— Тут вы ошибаетесь. Мои чин и должность соответствуют вашим — коль не верите, вот, могу удостоверение показать. Кстати, где вы так хорошо изучили наш язык — насколько мне известно, русских предков у вас не было, по крайней мере в ближайших поколениях?
— Скажем так, перед войной одно время был плотно связан с Гумбольдтовским институтом. И пришлось общаться с вашими эмигрантами, принадлежащими ко двору «государя императора» Николая Третьего (
— С вашей стороны было очень опрометчиво считать главными «экспертами» по нашей стране тех, кто оставил ее двадцать лет назад. И к тому же не беспристрастных в своих оценках.
— Могу ответить, как иные из наших военных — чего еще ждать от сумасшедшего ефрейтора? Комиссар ГБ 3-го ранга — это, насколько я понимаю, по армейской мерке, генерал-лейтенант? Если Сталин в прошлогодней реформе чинов сохранил вам преимущество перед армией на две ступени.
— Что поделать, наша служба и опасна и трудна, и как будто не видна, то есть куда менее почетна.
— Но насколько мне известно, НКВД и ГРУ у вас совсем разные конторы. А господин Кертнер…
— В момент разговора с вами в Риме исполнял
— Что ж. Я оказался на острове, потому что действительно собирался вывезти папу, как приказал ваш человек в Берлине. Но ваши люди оказались быстрее.
— Положим, у нас не было полной уверенности, что вам по силе выполнить обещанное. Ну, а получив в свое временное распоряжение этот корабль и лучшую в мире спецгруппу, имея цель в пределах досягаемости, глупо было не попробовать самим.
— Но моим предлогом для возвращения в Италию было не это. В настоящий момент я, являясь особо доверенным лицом Гиммлера, выполняю его секретный приказ. Раскрыть заговор в среде военных с целью убийства фюрера. Причем предположительные фигуранты мне уже указаны, списком — и любопытно, что среди них исключительно те, кого можно заподозрить в прорусских симпатиях. В личной беседе со мной рейхсфюрер намекнул, что весьма вероятно, это преступление удастся, и нам надлежит лишь отомстить за него. Выводы сделаете сами, или подсказать?
— Да уж куда нам, сирым и убогим… Гиммлер решил слить Германию британцам?
— Вот тут конкретика мне неизвестна. Но знаю, что есть канал связи в Швейцарии — год назад мы пытались найти с вашими союзниками общий язык по поводу Полярного Ужаса, этого самого, на борту которого я нахожусь, — и расследованием этого феномена я занимался тогда. Но возможно, есть и другие — так что кого, куда и о чем конкретно отправили договариваться с англосаксами, сказать не могу.
— Кстати, что известно в рейхе про подводную лодку К-25?
— Специалистам известно, что это все же корабль, а не нечто сверхъестественное, во что верят многие, даже в кригсмарине. Но остается загадкой, как вам удалось добиться столь невозможных боевых качеств, особенно с учетом вашего отставания в химических технологиях. Знаю, что мой доклад вызвал усиленное внимание к разработке так называемого «крейслауф-двигателя» для субмарин, дизеля, или даже турбины замкнутого цикла, но результаты пока более чем скромны. Также мне известно, что в Торпедном бюро были проведены аресты, поскольку установлено, что торпеды, применяемые К-25, сходны с нашими «цаункениг». Но все попытки установить истину с помощью нашей довоенной агентуры полностью провалились. Еще полгода назад очень большие надежды возлагались на программу «Нибелунги». Но похоже, что результатами ее сумеют воспользоваться в лучшем случае англосаксы, а не мы.
— Что за «Нибелунги»?
