- Его, - проткнул пальцем воздух в сторону Карванена Волынский. - Это лучший штурман полка. Без него мы твой катер не найдем.
Не разжимая тиски, Жора Прокудин на всякий случай оттащил Карванена в угол комнаты, поближе к окну. Он не знал о секвестре и потому не мог понять безразличие командира к его нападению террориста.
- Ты с пистолетом-то поосторожнее, - попросил Волынский. - Там магазин. Восемь патронов. Я их под роспись получил. Казенная вещь.
- За работу я заплачу вам, - совсем неожиданно для террориста произнес Жора. - Могу даже выдать аванс.
Оторвав пистолет от виска заложника, он смахнул им шахматные фигуры на пол, и Вася Карванен испытал облегчение. Пока террорист держал его за шею, он рассмотрел на доске, что выигрыш ладьи ведет к вскрытию линии, и он ничего не сможет сделать против "вражеского" ферзя, готового рвануть по этой линии на его боевые порядки.
Сунув пистолет за пояс у бока, Прокудин одним быстрым движением выхватил из кармана джинсов пачку смятых стольников и полтинников и швырнул их поверх доски.
- Вот. Сосчитай, - показал он выхваченным из-за пояса стволом на комок цветных бумажек. - Здесь тысяча долларов точно будет. Зато в рублях. Больше у меня ничего нет...
Вася Карванен с интересом смотрел на никогда не виданную им сумму. Как старший лейтенант, холостяк и совсем не передовик он получал около восьмисот тысяч. Да и то последний раз этот счастливый факт произошел весной, то ли в апреле, то ли в марте. С той поры в полку денег не видели. Министр обороны сказал, что с деньгами проживет и дурак, и в полку истово пытались доказать, что они умные.
- Если мы через минуту не взлетим, я начну вас мочить. По одному, проскрежетал зубами Жора Прокудин.
- Через минуту не получится, - устало ответил Волынский. - "Бэшку" еще расчехлить нужно...
- Командир, так нехорошо... Это - измена Родине, - подал голос с верхнего яруса Коробов.
Его пятки, хорошо заметные сквозь дыры на носках, висели почти у глаз Волынского.
- А ты хочешь, чтоб он нас перестрелял? - спросил он у пяток.
- Но присяга... Мы же это... как бы принимали присягу...
Из-под батареи робко напомнил о себе Погуляй:
- Мы этому... эсэсэсэру присягали... А этой... России как бы нет...
- Молодец, мозги хорошие, - похвалил его Жора Прокудин.
Встань, ты мне нравишься. Сразу видно, что ты - сторонник реформ.
- И все-таки это измена, - пробормотал Коробов.
Он уже давно хотел спрыгнуть, но боялся, что сумасшедший террорист
посчитает его прыжок попыткой к бегству. Или попыткой к нападению.
В такой ситуации о хорошем не думают.
Дверь взвизгнула вторично, но Жора Прокудин даже не обернулся к ней.
- Нафол лефыка? - уже с каким-то португальским акцентом спросил Топор.
- Нет еще!
В руке у парня со страшным сине-бурым лицом Волынский заметил нечто похожее на осколочную гранату и ему вдруг почудилось, что этот второй, уродец, может запросто швырнуть сюда гранату, если они откажутся. К тому же у нового гостя был такой свернутый вбок нос, будто его уже когда-то задело одним таким взрывом, и для него вообще не представляет никакой трудности швырнуть гранату еще разок.
- Сколько ж вас, мужики? - удивился Волынский и поневоле встал.
- Нас много на каждом километре, - объявил Жора Прокудин.
- Это заметно... Но ты учти, "бэшка" не резиновая. И не "боинг". Больше трех человек на борт не возьму.
Огромный, лысый, с пучком рыжих волос над ушами, Волынский выглядел генералом, хотя на плечах его измятой рубашки лежали грязные капитанские погоны.
- Полечу я один, - властно произнес Жора Прокудин. - Остальные мои друзья останутся на земле.
- У меня требование, - тоже показал властность голосом Волынский. Как только самолет поднимется, твои дружки отпускают моих подчиненных. Хорошо?
- Чтоб меня потом арестовали при посадке?
- А ты думаешь, в полку не заметят, что мы взлетели?
- Ладно, - зло согласился Жора Прокудин. - Они отпустят твоих людей, как только ты взлетишь...
- Сам не взлечу. Мне нужен штурман.
- А где я его возьму?.. Слушай, не виляй!
- Штурман - это Вася. Ты его сейчас обнимаешь.
- А-а, - понял Жора. - Так бы и сказал.
- Зачем вы так, командир? - чуть не плача, спросил он. - Он же убьет вас... Он же...
- А так убьет всех, - и уже шепотом: - Он же маньяк!
- Хватит болтать! Иди! - крикнул Жора Прокудин. - Иди к двери.
- Без защитных шлемов и шлемофонов мы не взлетим, - мрачно пояснил Волынский.
- Где они?
- Тут. В тумбочке.
- Топор, проверь! Я эти штучки знаю. Там, небось, кроме шлемофонов еще по стволу лежит...
Волынский не стал тратить силы на ответ. Он и без того был мужиком меланхоличным. Только из-за характера он не стал майором, но характер, как известно, не переделать. С каким родился, с таким и помрешь.
- Нету ждеся штволов, - радостно просвистел синими губами Топор. Токо шапки их. Шерные...
- Какие? - не понял Жора Прокудин.
- Черные, - за Топора ответил прапорщик Погуляй. - Только мой шлемофон не берите. Он на мне числится...
