– У его высочества была, – немного растерялась от такого напора.
– Через час нам отправляться на похороны. Привезли твои платья, – отрывисто говорил Броссар. – Сколько тебя можно ждать?
– Для свадьбы? – глупо спросила его.
– Я на тебе жениться не собираюсь, – со знакомой иронией ответил ворожей, – траурное и остальные.
– Мэтр Броссар, а узнали имя женщины? – успела выкрикнуть вопрос через распахнутую дверь уже из своей комнаты.
– Тебе сейчас не об этом надо думать, – рявкнул он. – Нам уже пора выходить.
– Его высочество не торопился, – обиделась я.
– Он и не будет на похоронах. Таков закон. Здравствующий король не должен смотреть на погребение, – получила ответ.
Горничная помогла мне снять платье, и теперь подавала темно-зеленое из муара с отделкой из черного кружева. Смотрелось элегантно и в то же время строго. Наверное, лучшего невозможно подобрать, чтобы соответствовать похоронам короля. Надела черную шляпу с перьями, переливающимися от освещения зеленью. Вообще-то я не ношу темные тона, они не очень идут к моим светло-русым волосам, но ситуация обязывала, а изумрудные тона оттеняли цвет глаз. В итоге я осталась довольна своим видом. На плечи набросила меховую шубу из серебристо-черного меха, вышла из-за ширмы.
Наставник осмотрел меня быстрым взглядом, удовлетворенно кивнул. Его деловой костюм выглядел элегантно, лишь повязка на рукаве говорила о трауре. Он надел строгое черное пальто и, шагнув ко мне, предложил свою руку.
– И все же удалось выяснить имя любовницы короля? – сильнее сжала локоть Броссара, не собираясь сдаваться.
– Клер, ты меня удивляешь. Еще суток не прошло, как прибыли во дворец, а уже с таким спокойствием интересуешься личной жизнью Эдуарда, – иронично произнес он.
– Здесь я еще и не такому научусь, – мрачно отозвалась ему. – Слышали бы вы, какие сплетни о нас распускает метресса Бертлен!
– Селестина? Могу себе представить. У нее всегда было богатое воображение, – отозвался Броссар.
– Она сообщает всем и каждому, что вы привезли меня во дворец в качестве любовницы, – рассердилась на его спокойствие.
– Клер, не обращай внимания на злые языки. Им без разницы, чьи кости перетирать. В этот раз попались мы, в следующий будут другие жертвы, – он попытался меня утешить, но на душе было неспокойно ровно до того момента, пока не вспомнила о своей мести.
– Но я им доказала, что интересую вас исключительно как ворожея, а уж вовсе не как женщина, – тихо хихикнула, довольная собой.
– Ты в этом уверена? – приподнял одну бровь Броссар и одарил меня насмешливым взглядом.
– Совершенно! – заверила его. – Я-то в чувствах разбираюсь.
– У тебя такой богатый опыт?
На меня его ирония больше не действовала. Наверняка, старается отвлечь от мыслей о расследовании, вот и переводит тему.
– Достаточный, чтобы понять, нравлюсь я мужчине или нет, – с чувством собственного достоинства ответила ему.
– То есть я, по твоему мнению, не увлечен одной самоуверенной ворожеей? – задал провокационный вопрос Броссар, при этом в его глазах плясали смешинки.
– Вы скорее с увлечением будете придумывать, каким еще испытаниям подвергнуть свою одаренную практикантку, – теперь уже и я забавлялась словесной игрой.
Эту дружескую пикировку, поднимающую настроение нам обоим, можно было бы отнести к флирту, только мы не увлечены друг другом.
– И как должна проявляться с моей стороны заинтересованность? – весело полюбопытствовал наставник.
– Ах, право слово, мэтр Броссар, перестаньте! – шутливо запротестовала я. – Судя по тому, что удалось услышать здесь, вы прекрасно знаете, как обходиться с женским полом.
– Клер, не поверишь, но за годы своего изгнания как-то растерял весь опыт, – искренность, прозвучавшая в его голосе, заставила почти поверить.
– А вот Николас говорил, что у вас отбоя не было от поклонниц в Арте, – лукаво прищурилась, ожидая ответа.
– Наглый наговор! – возмутился наставник. – Твой поклонник очень переживал, что я не разрешу тебе идти на танцы.
– И вы бы не пустили? – притворно ужаснулась я, взмахнув ресницами.
– Ни за что! Обаяние местного ловеласа могло разбить тебе сердце! – пафосно воскликнул Броссар, заставив меня громко засмеяться.
– Богиня! Мэтр Броссар, что вы делаете? На нас уже оборачиваются, – в бесплодных попытках успокоиться зашикала на него и даже слегка стукнула его кулачком по руке.
– И все же. Просвети, как можно произвести на тебя впечатление? – хитро прищурился наставник.
– А вам зачем? – не отставала от него, поддерживая заигрывающий тон беседы.
– Затем, чтобы вовремя среагировать и избавиться от молодых людей, готовых ради твоей улыбки выстроиться в ряд, – заговорщицки сообщил он.
– Только это вряд ли, – сдерживать смех больше не получалось. Я хохотала, как сумасшедшая, уткнувшись лицом в рукав его пальто.
– Уверен, что одна молодая и обворожительная ворожея вскружит голову не одному десятку местных мэтров, – не унимался Броссар. – Вот так и теряем лучшие кадры.
– Меня вы не потеряете! – подняла взгляд к его лицу и запальчиво заверила его. – Никогда.
