На секунду я поднимаю голову на небо. Оно очень красивое, хоть и темное до ужаса. Оно так манит меня, чем дальше, тем желаннее; меня так пугают его границы, а точнее их отсутствие. Ведь оно бесконечно. Но, таким глубоким, как сейчас, оно мне не казалось еще никогда. Возможно потому, что сейчас я очень боюсь, что больше не увижу его. Шахта – опасное место. Туда редко ходят непрофессионалы, те, кто не понимают, что это такое. У меня есть все шансы не вернуться оттуда, или, может кто-то из охранников заметит нас. Не хочу об этом думать. Микс же выглядит спокойным, и он все сильнее заряжает меня своим хладнокровием.
Пройдя через большую арку, мы прижались к стене. Микс идет первым, я вслед за ним. Мы передвигаемся полусидя, чтобы нас было труднее заметить. Откуда не возьмись выезжает машина. Нам повезло, и все обошлось; они едут с приглушенными тусклыми фарами, слабо освещающими пространство вокруг, лишь пару сигнальных ламп и свет внутри салона помогает им ориентироваться, наверное, они хорошо знают местность; мы движемся дальше.
Внутри шахты работает освещение, хотя и довольно слабое. Но вот пропускного пункта, о котором говорил Микс, я здесь не вижу. Продолжаем двигаться вдоль стены; осознавая, что здесь никого нет, я позволяю себе немного шуметь. Мои неосторожные шаги разлетаются по всей шахте.
– Кто здесь? – раздается откуда-то сбоку. Приподняв голову, я замечаю, что стена, рядом с которой мы шли, превратилась в неполную перегородку. Думаю, если бы я встал, она была бы мне по локти. Я слышу, как охранник приближается к выходу, находящемуся метрах в десяти от Микса.
– Замри, – шепчет он мне. Человек выходит из проема с фонарем в руках, чувствую, как страх бегает по моей спине. Знаете ли, такая обстановка очень напрягает.
Охранник остановился в проеме. Он водит фонариком с места на место перед собой, но не отводит его в сторону настолько, чтобы ему далось засветить нас. После этого он делает резкий рывок, проводя луч прямо по стене. Нам повезло, что он развернулся через другое плечо, только благодаря этому мы остались незамеченными. Я слышу, как стучит мое сердце. Этот парень явно заставил меня вспотеть.
К счастью, он идет назад в комнату. Вскоре, его шаги перестают раздаваться, и он останавливается. Мы с Миксом сидим неподвижно еще минут пять.
– Вроде повезло, – говорит мне он, – попробуем идти дальше. Вслед за Миксом я иду вдоль этой долбанной перегородки. Перед входом он останавливается и осторожно заглядывает в комнату.
– Вон он, отдыхает, – снова вернувшееся в его слова спокойствие убеждает меня, что мы в безопасности.
– Хорошо.
– Так, через проход пойдем по очереди. Сначала я, потом ты. И тихо, хорошо? – я киваю.
В следующую секунду он плавным, но очень быстрым движением переходит от одного края стены к другому. Затем он пробирается немного дальше, предоставляя мне место для рывка.
– Давай, – еле слышно шепчет он.
– Ладно, – я приближаюсь к самому краю проема и смотрю, что делает охранник. Вроде бы, лежит неподвижно. Только я собираюсь сделать рывок, как вдруг слышу шорохи в комнате. Я прижимаюсь к стене, всеми силами стараясь поравняться с ней. Чувствую, как меня пробирают жар и холод одновременно.
Дальнейших звуков не последовало. Стоит еще раз заглянуть в комнату: охранник сменил бок, на котором лежал, но остался на прежнем месте. Теперь, когда он отвернулся в сторону далекой, противоположной выходу, стеклянной камере, я могу пройти.
В два шага я пробираюсь через этот проход. Я старался сделать все без шума, кажется, у меня получилось, да и звуков из комнаты не последовало. Мы смотрим друг на друга и понимаем все без слов – время идти дальше.
Прокравшись еще метров двадцать вдоль стены, ограничивающей широкий коридор, мы уперлись в шахту лифта. Большая платформа с сетчатыми стенами, освещенная неоновыми огнями, как и весь коридор, неподвижно дожидается пассажиров.
– Мы почти пришли, осталось спуститься, – говорит Микс.
– Спуститься? – удивленно повторяю за ним я, – не думал, что придется это делать.
– Приключение в шахте вовсе не приключение, если не надо спускаться.
– Пожалуй, ты прав, – что я вообще делаю здесь?
– Тогда не волнуйся, – меня удивляет этот человек. Постоянная буря эмоций, и он говорит мне: «Не волнуйся»; как только это все совмещается с совершенно спокойным на вид парнем, у меня возникает чувство, что сейчас мы в баре, сидим все вместе и обсуждаем наше светлое прошлое или веселимся, а не должны погружаться на самое дно дурацкой шахты.
– Ладно, я готов, – собравшись с мыслями, говорю я.
– Хорошо. Да, выбирай, у нас есть два варианта. Первый – это подождать пока сюда приедет машина и погрузиться вместе с ней под землю, и второй, менее опасный насчет того, что нас заметят, но более трудный – спускаться по лестнице, медленно и спокойно. Что выберешь? – он ставит передо мной сложный выбор.
– Если смысл в скрытности, то зачем нам рисковать на этом задании? Давай спустимся по лестнице.
