Я так давно здесь не был, все как в старые добрые времена: я на месте – а передо мной пропасть, сзади меня – мой единственный верный друг – мотоцикл, а впереди – моя несбыточная мечта – обрыв. Он манит меня в свои недра, из-за тумана на его дне я все также не могу понять, как он глубок. Я провожу так пару минут, и мой разум понемногу приходит в давно утерянное равновесие, а в голове немного легчает. Что «Рассвет» пытался сделать со мной? Машину, выполняющую приказы или хорошего друга? Да я и сам уже не знаю. Микс – хороший парень, но вот его отец с этим придурком устроили мне представление… Я хочу побыть наедине с самим собой. Сажусь на байк и еду домой.
Когда я вернулся назад, мне захотелось посидеть немного во дворе перед домом. Я и вправду очень скучал по этому месту, здесь все родное для меня, каждая выгоревшая от жары травинка, каждый миллиметр земли, моей личной территории.
Вдалеке я замечаю яркий свет фар, такие машины здесь нечасто встретишь, да еще и столько электричества. Такое себе явно могут позволить либо энергобизнесмены и магнаты, либо государственные служащие. Добравшись до моего участка, машина останавливается неподалеку. Стекло со стороны водительского сиденья опускается, и из него показывается большое лицо с бородой:
– Садись в машину, – приказным тоном говорит мне мужчина. Спорить бесполезно, это государственный служащий, я сажусь в автомобиль.
Светлый кожаный салон, постоянно горящая лампа, встроенные в сиденья с задней стороны экраны телевизоров, люк наверху, а также два человека, тот слева за рулем, и второй, немного поменьше, с темными волосами – вот и все, что есть в этой машине.
– Куда мы едем? – спрашиваю я.
– Лучше не задавай лишних вопросов, – говорит мне человек, сидящий справа.
Через десять минут мы останавливаемся. Через задние тонированные окна мне не особо удается рассмотреть, где мы сейчас. Я пытаюсь разглядеть хоть что-нибудь через передние и понимаю лишь то, что мы где-то в центре города.
– Приехали, – подмечает человек с темными волосами, – на выход, – обращается он ко мне, – подожди здесь, – говорит он мужчине с бородой, – это все ненадолго.
Выхожу из машины: мы на широкой, пустынной улице, залитой светом фонарей, вокруг – гигантские дома, все вокруг закатано в асфальт, а пешеходные дорожки уложены плиткой. Но, главная особенность этого места в здании, напротив которого я сейчас стою. Это – управление особо важными делами нашего города, а также полицейский департамент и прочие вещи, которые должны отвечать за безопасность.
– Пошли, – опять говорит мне человек. Мы быстро поднимаемся по лестнице, располагающуюся перед главным входом. На КПП сидит мужчина в форме, лет сорока, он лениво смотрит на меня, а потом на сопровождающего и тут же встает и приветствует человека, но тот его сбивает:
– Полковник у себя?
– Да. Вот уже как два часа.
– Отлично, – он обращается ко мне, – идем.
Все помещение забито людьми в форме, всюду ходят полицейские; у левой стены рядом с дверью «ВВС» расположились два офицера-военных, они что-то горячо обсуждают. На сиденьях – ожидающие своей очереди к кабинкам горожане, а также куча людей в костюмах, бегающих в разные стороны с бумажными папками. Человек ведет меня прямо по холлу к большому стеклянному лифту. Мы заходим в него, и уже через минуту оказываемся на сороковом этаже.
– Нам туда, – он машет рукой в сторону коридора.
Мы заходим в третью дверь слева. За столом сидит мужчина, раньше я его нигде не видел. Его кабинет хорошо отделан, а сам он также одет в костюм; он что-то пишет, но, услышав нас, отрывается от своей работы и обращается к нам:
– Отлично, кого я вижу. Сам Рэм Николс, – он говорит моему сопровождающему, – подожди за дверью.
– Слушаюсь, – человек выходит.
Мужчина начинает свою речь:
– Как ты сам прекрасно понимаешь, ты здесь не просто так, верно?
– Да. Но зачем я здесь?
– Вот именно. Это мне и нужно, чтобы ты сам все понял, – он встает и идет к широкому панорамному окну, – у меня есть для тебя предложение, очень выгодное, я бы сказал, взаимовыгодное предложение. Ты вряд ли сможешь отказаться.
– Какое? – своим голосом я пытаюсь изобразить заинтересованность, но выходит это чересчур наигранно.
– Видишь ли, есть люди, которые мешают нам. Все эти идиоты, «Альтекс», «Проект "Рассвет"», совершенно потеряли осознание происходящего: они открыто воюют друг с другом, не то, что не скрывая, а наоборот афишируя свои проблемы на каждом углу. И, еще одно "но" – это их научные разработки. Они передают их друг другу, но вот до дела все так и не доходит.
