– Знали бы вы, как я устал от этого. Я всегда особый случай, и везде, будь это ваш проект или вечер в баре, – я встаю и подхожу к темному окну, – Мэгги, и сильно он тебе надоедает? – спрашиваю, пытаясь разрядить обстановку.
– Каждое утро, Рэм, – смеется она. Микс тоже улыбается.
– Ладно, давайте завтракать. Жду вас, как освободитесь.
– Хорошо, – слитно отвечает пара.
Я выхожу из комнаты.
– Ты не мог бы подать соль? – просит меня Мэгги.
Конечно, – выполняю ее поручение.
– Спасибо, – к столу спускается Микс.
– Кстати, Микс, забыл спросить, где мы, куда ты нас вчера привез?
– Ты что не узнаешь? – говорит Мэгги, – это наш дом в лесу.
– Но, он же был другой.
– Они мультиинтерьерный: можно менять цвет стен и пола, как хочешь.
– Умный дом?
– Ну, что-то вроде того, – Микс подмигивает мне.
– Интересно. Хотел бы я, чтобы вы побывали в моем доме. Там, конечно, не так светло, как здесь, но тоже неплохо.
В голову мне приходят разные мысли. Я никогда не знал, что такое настоящие друзья, толком я ни с кем и не дружил. Всю свою жизнь я думал, это какой-то миф, или легенда. Я не верил в такую вещь, как дружба. Стоит сказать, все же когда-то у меня был «друг», а точнее его подобие, – Гейзи. Но, у нас с ним возник крупный спор.
Когда началась вся эта ерунда с темнотой, именно в тот момент мы были в магазине. По радио во весь голос били тревогу, контролеры и продавцы бросились покидать здание, охранники выводили покупателей. Была настоящая суматоха, похлеще рождественских очередей.
От испуга из-за происходящего никто толком не думал о целостности магазина, никто, кроме самого Гейза. И тогда он вместо того, чтобы отправиться на эвакуацию или же начать помогать другим посетителям магазина, пошел к кассе. Он всегда, знаете ли, был дерзок, тот еще козел, но все же я с ним пытался дружить, ведь мы вместе еще со школьной скамьи, и оказались в другом штате. Переезд объединяет людей. На кассе сидел молодой паренек, совсем молодой. Он ответственный работник, и не хотел уходить, не убедившись, что в магазине не останется никого.
– Выходите, сэр, – сказал он Гейзи.
– Только после тебя, – ответил тот; его глаза пылали яростью, а длинные волосы были растрепаны.
– Хватит, пошли отсюда, – сказал ему я.
– Подожди, – упрямился он, – неужели ты не видишь, справедливость наконец восторжествовала. Теперь не только они могут нас грабить, но и мы их. Я не могу упустить такой шанс. Никто мне не помешает; убирайся отсюда, – сказал он парню на кассе.
– Нет, сэр, отойдите от меня.
– Вали прочь отсюда, – прокричал Гейзи.
– Нет, – парень держался твердо.
– Пойдем, хватит, – давил я.
– Не влезай, Рэм, – он выхватил нож с прилавка рядом с кассой, – открывай ее, – прохрипел он на паренька.
– Ты что, чокнулся? – опешил я.
– И тебе достанется, если влезешь, – начал угрожать мне Гейзи.
– Я не открою кассу, – последний раз сказал парень.
Гейзи перешел в наступление. Нож слегка зацепил плечо парня, капли крови разлились на металлическое покрытие кассы и пол. Увидев это, я больше не мог стоять. Взяв в руки коляску для продуктов, я сбил Гейзи с ног, отбил от него нож подальше и кинулся помогать парню. Тот, вроде бы, был в порядке.
– Уходим отсюда, – сказал я кассиру.
Лежа на полу, Гейзи попытался схватить меня за ногу. Он взял крепко и не отпускал, тихо говоря мне:
– Ты за это ответишь. Запомни, Рэм, ты еще ответишь, – его хватка была крепка; я ударил его по голове, после чего он потерял сознание, упал головой на плитку и разбив ее, после этого мы с кассиром убрались из зала, а он так и остался лежать там в луже крови.
Больше я его не видел.
– Рэм, – прерывает мое путешествие в воспоминаниях Мэгги.
– Да.
– А скажи, твоя девушка, в общем, ты любишь ее?
– Да, конечно.
– Просто Микс мне рассказал про красотку в баре. Я, честно, не ожидала увидеть тебя в подобной ситуации и все такое.
– Да, не слушай его, – с шутливым взглядом говорю ей я, – вечно он напридумывает всякой ерунды. Просто мы оба разговорились, ничего более.
– А как ее зовут? Может, я ее знаю.
– Не, это навряд ли. Я сам не знаю, как ее зовут.
– Смотри, осторожнее – говорит Микс, – а то подцепишь еще чего, – после этих слов Мэгги прописывает ему подзатыльник.
– Получил? – говорю я, – хочешь, добавлю? – подмигиваю ей. Мы смеемся.
У Мэгги есть телевизор, старый такой. И видеомагнитофон. Мы сидим на диване, они – в обнимку, я, с другой стороны, обнимаю свои колени. Мы смотрим старый фильм. Один из тех, что писали на кассету наши родители. В нем мужчина лет сорока преследует женщину на светских вечерах, праздниках, а сейчас они стоят на крыше, фильм черно-белый.
Микс целует ее, и вскоре Мэгги засыпает в его объятиях. На меня тоже находит дремота.
– Кажется, она заснула, – говорит Микс.
– У нее что-то случилось?
