«Просыпайся, Кай» – её шёпот растворился в воздухе, сияние пропало, лишь огонь из очага освещал маленькую комнату. Кай тяжело открыл глаза и почувствовал, что всё ещё улыбается. Было так тепло и спокойно, словно Её свет действительно только что освещал тут всё. Но сколько раз она ему снилась! И ни разу это не оказалось правдой. Юноша тяжело вздохнул и пошевелился. И сразу замер, словно его поразил гром. На коленях, в своих руках он почувствовал что-то живое, тёплое, шевелящееся. Не в силах не вздохнуть, ни пошевелиться, Кай опустил взгляд, и сердце его остановилось. Он не мог поверить, несколько минут он сидел, держа на руках ребёнка, не веря, не находя в себе сил двигаться. Но это была правда. Это была маленькая девочка, месяцев четырёх от роду. У неё были мягкие завитки рыжих волос, крохотные пальчики сжимались и разжимались в кулачки. Она то хмурилась, то улыбалась во сне.
Кай глядел на неё, и чувствовал, как внутри словно бы что-то поднимается. Как весной, там расцветало нечто огромное, счастливое, как сама жизнь. Он видел, и он верил этому! Он не спал, он держал на руках ребёнка, их с Лианной ребёнка. И, как бы невероятно это ни было, он всем сердцем чувствовал, что это правда. Он мог бы и не верить глазам, но сердце в нём отвечало, что это так. Лианна сделала ему самый важный подарок, она подарила ему дочь! По его щекам побежали слёзы, счастливые, чистые! Он никак больше не мог высказать своих чувств, Кай прижал к себе маленькую Лианну, повторяя внутренне: «Мы – целое. Наконец я понял. Мы стали едины в ней!»
Не к чему рассказывать, как Кай рассказал об этом Камиле и Тилю. Они поверили ему сразу, беспрекословно. Слишком девочка была похожа на Кая и Лианну. Камила плакала, обнимая ребёнка, и Кая, и мужа. Она была слишком счастлива, чтобы говорить. Никто и не сомневался, как следует назвать ребёнка. Камила без лишних разговоров решила, что станет кормилицей для маленькой Лианны, у неё у самой теперь была дочь примерно такого возраста, и Кай согласился. Он на время вернулся жить к рыбакам, Камила занималась детьми, а Кай с Тилем достраивали жилище Кая, потому что юноша хотел расширить дом. Весной они снова начали рыбачить и работать, но всё свободное время Кай посвящал только Лие. Она росла здоровой и сильной, редко болела, и была так похожа на мать, что у Кая сердце просто пело, когда он гладил дочь по рыжеволосой голове. Ей достались его орехового цвета глаза, но взгляд был такой же пронзительный и вместе с тем добрый, как у Лии. Дочь стала центром его жизни. Словно маленькое солнышко, она сияла с каждым днём всё ярче, всё теплее, заставляя сердце отца согреваться любовью. Он мог часами смотреть, как она играет, как спит, учить её ходить. И когда Лия сделала первый шаг, когда она произнесла своё первое слово, в каждое из мгновений Кай чувствовал, ощущал всем телом, что её мать рядом с ними, будто видел её светлый образ.
Шли годы, с материка пришли вести о том, что король, прежде чем умереть, выбрал себе преемника – им стал барон Горвей. Остальные бароны были не против, потому что Горвей сильно изменился за эти годы, став более милосердным, но оставшись таким же деятельным и мудрым. После некоторых раздумий, Кай всё же отправил к нему письмо. Барон явился почти сразу же. Вернее, уже король. Он прибыл тайно, чтобы не привлекать много внимания. Оставив слуг на Старшем острове, он один прибыл на «Малый скат» и пешком дошёл до дома Кая. Жилище его уже достаточно расширилось, рядом с ним появился маленький садик и хлев для скота. Хозяин, Кай, встретил Горвея, как отца. Король поразился, что мальчик, которого он знал, стал мужчиной. Он был высок и строен, с широкими плечами и работящими, сильными руками. На красивом, загорелом лице сияла улыбка.
– Как мне называть вас, господин, – спросил Кай, обняв бывшего своего хозяина. Горвей улыбнулся.
– Если я считаю тебя сыном, то тебе стоит звать меня отцом.
– Хорошо, отец. Я рад, что вы посетили меня. Мы живём очень скромно.
– У тебя прекрасный дом. Но я хотел бы увидеть внучку…
Кай кивнул, и громко позвал:
– Лия, выйди ка на минутку!
Послышался топот детских ножек, и из дома показалась пятилетняя, красивая девочка в простеньком, коричневом платье.
– Что, папа? – спросила он, подозрительно взглянув на гостя.
Горвей замер, не в силах оторвать от неё взгляда.
– Иди, поздоровайся с дедушкой.
Девочка нахмурилась.
– Ну же, Лия. Он приехал издалека, чтобы посмотреть на тебя.
Тогда она быстро спустилась по ступенькам, подошла ближе, спрятав руки за спину и, насупившись, пробормотала: «Здравствуйте».
Горвей не произносил ни слова. Он продолжал смотреть на маленькую Лианну, которая водила носком по земле, явно недовольная тем, что гость молчит. Кай положил ему руку на плечо, и Горвей словно ожил.
– Здравствуй, дитя, – проговорил он тихо и присел на корточки, чтобы лучше её рассмотреть. – Какая ты большая.
– Мне уже пять! – гордо проговорила она, явно польщенная тем, что Горвей это заметил. – И я уже ездила в настоящем седле! Папа сказал, что когда я вырасту – у меня будет своя лошадь.
