— Я склонен объективно оценивать знания студентов, — словно бы обращаясь ко мне, сказал Олег. — Опрос — это форма контроля знаний, а не наказание, как всем нам усердно пыталась внушить Ведьмина.
Я вспыхнула. В моей голове стали закручиваться сумасшедшие гайки.
— Вы сказали, что устроите опрос в ответ на мои невежливые ответы, — тихо сказала я.
— Ведьмина, я лишь хотел привить вам уважение к своим сокурсникам и преподавателям, а также научить брать ответственность за собственные поступки. Возможно, это не в моих силах, — ответил Олег и как ни в чем не бывало принялся за объяснение задач. Я слышала его голос, но не могла понять, что он говорит — от ярости у меня помутилось в голове.
— Все хорошо? — тихо спросила Женька. Я только кивнула и ущипнула себя за запястье, чтобы легкая боль привела меня в чувство.
Оставшееся время Олег объяснял решение задач, а затем давал похожие. Некоторых он вызывал к доске — чтобы мы могли решать задачи вместе. При этом объяснял он все довольно неплохо, так, что даже Женька, у которой всегда было плохо с высшей математикой, все понимала.
Закончил Олег ровно за полминуты до звонка, дал домашнее задание и с непроницаемым лицом сообщил мне и Кайрату, что на следующем практическом занятии мы будем первыми кандидатами для проверки теории и решения задач.
— Не могу игнорировать ваше желание отвечать вместо других, — сказал он нам напоследок и попрощался, а потом вдруг повернулся к Кайрату, который ненавидяще смотрел на него, и добавил:
— Рад, что вы стараетесь защитить свою девушку, но вы выбрали не те методы, Алиев.
— Я не его девушка! — возмутилась я, но Кайрат обнял меня и прижал к себе с широченной улыбочкой.
— Я лучше знаю, как ее защищать.
Их взгляды пересеклись, и Владыко недобро улыбнулся. Однако ничего не сказав, ушел. А я выдала гневную тираду — такую, что даже парни удивились, откуда мне такие слова известны. Меня трясло от Владыко — не от того, что он себе позволил, а от того, что я повелась на его улыбки и объятия и забыла, какой он на самом деле придурок. Ярость не отпускала меня всю следующую пару, и после того, как она закончилась, я спешно пошла на парковку — хотела взять машину и поехать в спортзал, чтобы выместить всю свою злость и обиду на тренажерах.
Глава 24
Я уже доставала ключи от машины, как меня вдруг схватили за плечо. Я вскрикнула от неожиданности и едва не ударила локтем Владыко куда-то в район солнечного сплетения.
— Какого черта ты меня хватаешь? — заорала я так громко, что на нас стали оборачиваться.
— Я звал тебя, а ты не реагировала, — ответил Олег.
— Что хочешь? — резко спросила я, задыхаясь от возмущения.
— Поговорить, — невозмутимо отозвался он.
— Говорить с собаками будешь. С себеподобными, — отпихнула его я и пошла к машине. Он пошел за мной и самым наглым образом уселся рядом на переднее сидение.
— Выйди, — попросила я его звенящим от злости голосом.
— Хватит злиться, — попросил он неожиданно мирным тоном.
— Хватит злиться? Ты о чем, милый?
— Милым называй своего настоящего парня, — осалился он.
— Ревнуешь? — волком уставилась на него я.
— Тебя? Нет. Я неплохо контролирую свой разум и не нуждаюсь в лечении.
— Вот как? А в чем ты нуждаешься? В унижении других? Выставил меня дурой перед всей группой! — взорвалась я и ударила кулаком по рулю. Меня действительно трясло от злости и обиды.
— Я? А не ты ли пыталась выставить меня идиотом, Таня? Ты вообще понимаешь, что сделала?
— Что сделала? Хотела спасти своих ребят от твоего тупого опроса! — выкрикнула я.
— Во-первых, тупые, по твоим словам, опросы, стоят в плане занятий, как одна из форм контроля. Я в любом случае бы устроил этот опрос, несмотря на то, как ты вела себя на лекции. И я буду устраивать их в дальнейшем. Во-вторых, таким поведением ты подрываешь мой авторитет как преподавателя. Меня не устраивает ситуация, в которой ты — жертва моих гонений, спасающая группу, а я — тиран, заставляющий страдать студентов. Ты ведь понимаешь, что после твоих слов и после выступления твоего парня Алиева у студентов сложиться впечатление, будто опросы — наказание, а не обычная форма взаимодействия студентов и преподавателей. «Вы решили устроить опрос из-за моего поведения на лекции», — повторил он дословно мои слова. — Знаешь, это было чересчур. «Накажите меня, а не других». Ты вообще понимала, что делала? С чего ты решила, что я буду делать все так, как ты захочешь? Хорошо, мы играем в подставных парня и девушку. Но это не значит, что во время занятий мы перестаем быть преподавателем и студенткой. Или ты решила, что я буду по-особенному к тебе относится? Нет, Таня. Я отношусь к тебе так же, как и к любому другому студенту.
