Комендант промолчал, махнув в душе рукой на все эти волчьи фантазии.
– Ты же говорил, комнат нет?
– Нашлась одна. Как, специально для вас. Думаю, это судьба.
Анжелика покачала ногой, встала, протянула Коменданту список.
– Завтра, в обед. В два часа. Утра, как вы говорите. Встречаемся здесь же и быстро идем по каждому пункту. У вас полно времени на подготовку. Я очень рассчитываю на то, что завтра проблем не будет.
Комендант вопросительно взглянул на волка.
– Какие проблемы, – хмыкнул тот. – Будем готовиться. Прямо по списку и пойдем.
Анжелика с сомнением посмотрела на них.
– Ок, уговорили. Пойдем, хвостатый, пересели меня из этого дурдома. Если, действительно, тут есть более уединенное место.
– Есть, – сказал Всехний. – Пойдемте. Верьте мне, как себе.
Он махнул хвостом, и они вышли за дверь.
Комендант с удовольствием потянулся, встал и опять плюхнулся в кресло.
– Уф. Кажется, мы немного выиграли время.
Из стоявшей у стола коробки он достал сложный, непонятный механизм с заводным ключом. Что это, было не ясно. Он покрутил ключ – внутри что-то ожило, скрипнуло, взвизгнуло и затихло. – Неизвестное науке пружиночно-шестереночное изделие, – изрек он. – Нерабочее и бесполезное. Задекларируем его под номером две тысячи сто сорок и выбросим.
Жалобно взвизгнувший механизм полетел обратно в коробку.
– Когда уже попадется что-то стоящее… – Комендант встал, подошел к висящей на стене шпаге, снял ее и осторожно вытащил из ножен. – Вот это находка, я понимаю. Шик, блеск, красота, а не полная ерунда. А, Конго, друг! Когда уже повторится такое?
– Не знаю, – ответил Конгруэнций. – У нас еще утренний доклад. Важные новости, в том числе.
Комендант подошел к окну, открыл рамы пошире.
– Да что же такое, – произнес он, с размаху воткнув шпагу в ножны. – Сплошные дела, никакой личной жизни. Так и дураком станешь.
Он долго стоял, смотрел вдаль, думал о чем-то отвлеченном, перебрасывая шпагу из руки в руку.
По тропинке, мимо пруда, шла Анжелика вслед за мелькающим перед нею серым хвостом.
– Интересно, куда он ее ведет… – задумчиво проговорил Комендант.
– Видимо, куда подальше, – сказал бес, взглянув в окно. – Ну, надеюсь.
Внизу хлопнула дверь, раздался женский смех. На пианино, стоявшее у входа, кто-то сыграл «Всё пройдет» одним пальцем.
Тем временем Анжелика, идущая за волком, словно услышала слова Коменданта:
– Интересно, куда ты меня ведешь, – повторила она, чувствуя усталость и опустошенность. Все дела здесь шли с большим трудом, словно увязая в этой солнечной, домашней атмосфере. – Давай уже, рассказывай. Где эта твоя загадочная отдельная комната?
– Вон, в башне. Три минуты – и мы на месте. Супер-апартаменты. Всё есть, шкаф, тумбочка, кровать, небольшой стол… Кресло даже. Кажется.
Анжелика посмотрела на ближайшую башню, верхушка которой была словно обрубленная наискось. Серая громадина внушала опасение и казалась немного наклоненной. Редкие узкие, беспорядочно разбросанные по ней окна, словно бойницы, выглядели совершенно нежилыми. – Разве в ней есть комнаты? Разве живут в башнях?
– Насчет живут – не знаю, – ответил волк, – но комнаты там есть.
«Ладно, хуже уж точно не будет. Если что, вернусь обратно», – подумала Анжелика.
Издалека башня притягивала взгляд и вызывала интерес, но когда они подошли ближе, она засомневалась. Вход был узким, с остатками ржавой решетки, и не предвещал ничего хорошего.
– Ты меня точно туда, куда надо ведешь? Там точно есть свободная комната? Так-то я бы, конечно, немного отдохнула.
– Не волнуйтесь, – успокоил Всехний, – номер люкс. Пять звезд. Полный отпад. Кстати, скажите… вы правда, у Дмитрия Орла работаете? Постоянно? Не похоже совсем.
– Почему это? – спросила Анжелика, чуть уязвленная.
– Мне кажется, для серьезной работы вы не очень подходите.
– Это не твое дело, – отрезала Анжелика, поднимаясь за волком по винтовой каменной лестнице, стараясь не оступиться и пытаясь приспособиться к тому, что у каждой ступеньки тут был свой характер.
– Просто, мне так кажется. А можете замолвить за меня словечко перед Орлом, при случае?
– Точно замолвлю, если будешь продолжать в том же духе, – она обернулась, посмотрев вниз, и от темноты у нее захватило дыхание. – Как холодно и мрачно, словно в колодце. С виду такая внушительная, настоящая средневековая башня, а внутри на тюрьму похоже. Можно же хоть свет провести… оживить как-то. Вход сделать посимпатичнее.
– Мы здесь не художественным оформлением занимаемся.
– Это верно, вы тут ничем не занимаетесь, – устало проговорила Анжелика, чувствуя, как подъем наверх начинает казаться бесконечным. – Куда ты меня ведешь-то? Я бы не хотела так высоко жить. Есть конец у этой лестницы?
– Есть, но до верха редко кто добирается. А разве вы не верите в то, что мы найдем Камень?
– Я верю в то, что вижу. Пока один бардак, обман и развалины.
