— И ты думаешь, это умалит его силу? Станет ли целая пинта Огня меньше, если пролить всего лишь несколько капель? Он ведь довольно много истратил на свое оружие, там, в Мордрете. И потом, среди ракхене. — Ее шепот едва пробивался сквозь шелест листьев под ветром, но он слышал каждое слово, как будто это был крик, чувствовал, что их смысл врезается в его душу огненным узором. — Одна капля, от силы две… — уговаривала она. — Этого хватит. Я знаю. И подумай, Зен, если это сработает… Тогда ты будешь нашим оружием. Ты сможешь сделать все, что угодно, когда это будет внутри тебя. Тебе больше не надо будет подавлять свои мысли. Возьми жажду всех этих лет и обрати ее во власть… А у него еще останется почти вся фляжка. Он даже не заметит пропажи! И, Зен, тогда ты сможешь помочь нам, как не мог раньше никогда. Разве это не будет честной сделкой? И если ты сможешь это сделать, нам больше не потребуется полагаться на…
Она внезапно умолкла, стиснув руки, словно ее собственные слова поразили ее.
— Охотника?
— Да, — выдохнула она.
Осторожно подбирая слова, Сензи постарался справиться со своим голосом:
— Дэмьен не даст мне.
— Никогда. По доброй воле не даст.
— А как же тогда?
Она явно колебалась. А парня одолевали смешанные чувства — восторг, ужас, жажда переполняли его душу.
— Сиани…
— Я могу Отвлечь его, — тихо сказала она. — Джеральд научил меня. Он даже не представляет, зачем это мне… Но ему и не нужно знать, правда? Я навею Дэмьену сны. Удержу его внимание, и он не сможет проснуться. А позже… — Она порывисто вздохнула. — Потом ты сможешь Творить сам. Как посвященный, Зен. Ты станешь посвященным.
Он закрыл глаза, чувствуя, как неудержимо дрожит все его тело. Мечта, тоска… Это слишком трудно вынести. Надежда была слишком властной, неодолимой — как океанский прилив, она грозила захлестнуть его.
— Опасно…
— Власть Солнца? Сила Церкви? С какой стати? Это мощь, порожденная чистым благодеянием, связанная очищающей целью. Что может быть безопаснее? Ты видел, как священник использовал ее прошлой ночью, видел, как он держал Огонь надо мной, защищая меня от темной Фэа. Разве он сжег меня? Мог ли он сжечь меня? — Он не ответил, и женщина настойчиво продолжала: — Какое единственное Творение признает его Церковь, даже сейчас? Исцеление. Это основа его веры, Зен. Основа его силы. Вот что такое Огонь.
Он утратил дар речи и с ним последние остатки сопротивления. Мечта завладела им целиком, и жажда, что так долго томила его, вспыхнула с новой силой, в новом обличье — как любовное обольщение, больше не лихорадочный жар, но холод, знобящее блаженство, как прикосновение к женщине, кожа которой овеяна ночной прохладой, летучий лед, поток страсти, вновь вспыхнувшая мучительная жажда…
Она приложила палец к его губам и прошептала — так тихо, что он едва расслышал:
— Мы больше не сможем говорить об этом, понимаешь? Между мной и Дэмьеном существует связь, настолько прочная, что он через нее может прочитать твои намерения. А Джеральд… — Сиани отвернулась, дрожь прошла по ее телу. — Я теперь ничего не могу от него скрыть. Ничего. С тех пор, как разрешила ему подчинить свою душу. — Она покачала головой. — Это еще опаснее, понимаешь? Он полагается на свое мастерство посвященного, чтоб контролировать отряд. И меня. Если он хоть на мгновение подумает, что таким образом я хочу, чтобы ты позарился на его главенство…
Он вздрогнул в страхе, но и страх манил его. Бросить вызов Тарранту?
— Понимаю… — прошептал он.
— Думаю, я смогу удержать его от Познания — на какое-то время. Несмотря… на то, что связывает нас. Но я только тогда смогу справиться, если смогу сделать вид, что ничего не случилось. Притвориться, что не знаю о твоих планах. Так что больше мы не сможем говорить об этом.
— Но если ты так сделаешь, тогда как ты…
— Смогу помочь тебе? — Она повернула к нему лицо. Глаза ее ярко блестели. — Я внушу Дэмьену сон. Как научил Джеральд. Если я это сделаю, а потом ты подойдешь к нему, когда он будет спать, его разбудит только землетрясение. Обещаю. Тебе даже не понадобится сообщать мне свое решение. Будет безопаснее для нас обоих, если ты не станешь этого делать. Но… — Она поколебалась. — Если ты решишься, это надо делать быстро. У нас слишком мало времени до… О боги! — Она задрожала и опустила голову. — Мы войдем на их территорию, — выдохнула она. Сензи едва разбирал тихие слова. — Очень скоро.
— Си. Все будет в порядке. Обещаю.
Он обнял ее за плечи — такое холодное тело, такая бледная кожа, а она взяла его руку в свои ладони и пожала ее. И такая нежная любовь проявилась в этом простом движении. Такая поддержка. Ему до боли захотелось узнать, как вернуть это чувство. Если только он овладеет мастерством посвященного, он сможет Творением отыскать ответ… От одной этой мысли он загорелся желанием. Старые мечты вновь взяли над ним верх. Прежнее отчаянное безрассудство. «Скоро», — сказал он себе. Если Огонь освободит его, тогда все правила изменятся. К лучшему.
— Будь осторожен, Сензи, — прошептала она.