- Шестеро. Жуткая команда. Они оставили ложный след, ведущий к Змее, чтобы заставить вас поверить, будто убрались восвояси... Но на самом деле они прячутся на окраине моего королевства, и это терзает меня хуже раковой опухоли. Мне было бы трудно не заметить этого. - Он взглянул на Сиани. Мне очень жаль, миледи, но, похоже, того, кто нападал на вас, среди них больше нет - вероятно, он исчез вскоре после той стычки в Морготе. Быть может, они почуяли, что, если бы он оставался с ними, нам было бы достаточно уничтожить этот мелкий отряд, чтобы ваши способности вернулись к вам.
- А так... - с горечью вздохнул Дэмьен.
- А так нам придется сделать то, что вы собирались сделать с самого начала: войти в земли ракхов и выследить эту тварь. Только теперь вам придется путешествовать по ночам.
Дэмьен не попался на эту удочку.
- Я так понимаю, что Шиву мы обойдем стороной?
- Чтобы они потом всю дорогу висели у нас на хвосте? Ну уж нет. Охотник улыбнулся. - У меня другие планы.
Не дождавшись продолжения, Дэмьен прямо спросил:
- А как насчет того, чтобы поделиться этими планами?
- Пока еще рано. Я сообщу вам, когда все будет готово. Имейте терпение, святой отец.
Над головой неслись облака. Прима показалась из-за туч, и серебристый свет залил все вокруг. Таррант посмотрел на луну и стиснул ладонью подзорную трубу.
- На звезды любуетесь? - поинтересовался Дэмьен.
- Можете назвать это древним знанием. - Таррант внимательно посмотрел на них с Сиани, как бы размышляя, что им можно объяснить, а что не стоит. Потом отступил и махнул рукой в сторону тяжелого черного прибора. Взгляните!
Дэмьен покосился на Сиани. Она кивнула. Священник с некоторым страхом вступил в круг, очерченный рунами. Но если древние символы и таили в себе какое-то колдовство, Дэмьен этого не ощутил. Он приблизил правый глаз к окуляру - и Прима метнулась навстречу из тьмы. На серебряном горизонте четко просматривался край кратера Магры, а под ним виднелись пять длинных каналов, расходящихся по диску луны, словно огромные пальцы.
Вдоволь наглядевшись на знакомые черты луны, Дэмьен выпрямился:
- Что-то она великовата для такого увеличения.
- В самом деле? - мягко спросил Охотник. - Пустите в ход Видение и посмотрите еще раз.
- Здесь? Но потоки...
- Я оградил ваши комнаты, чтобы вы смогли воспользоваться Исцелением. Здесь я сделал... нечто подобное. Пока вы здесь, вы в безопасности. Давайте, давайте, - подталкивал он. - Возможно, это зрелище научит вас чему-то новому.
Дэмьен колебался. Этот человек знал, чем его зацепить! И это понемногу начинало раздражать священника. Но наконец любопытство одержало верх над осторожностью.
- Ладно.
Он пустил в ход первый из ключей Видения; земное Фэа сплелось с его волей... И ничего не случилось. Совершенно ничего. Дэмьен попробовал пустить в ход остальные чувства. Результат был тот же. Это прямо-таки ошеломило его. Такое впечатление, будто Фэа внезапно сделалось... неуправляемым. Как будто все известные Дэмьену правила вдруг потеряли смысл.
- В этом кругу, - тихо сказал Таррант, - Фэа нет.
Дэмьен услышал, как Сиани ахнула. Он и сам едва не ахнул.
- Возможно ли это?
- Ладно, оставьте! - Охотник взялся за подзорную трубу. - Взгляните теперь.
Дэмьен наклонился к объективу и снова увидел Приму, такую же, как и раньше. В том же увеличении, те же самые детали, на которые телескоп был направлен раньше. Дэмьен выпрямился, но ничего не сказал. У него не было слов.
- Дэмьен! - окликнула его Сиани.
- То же самое, - еле выдавил он наконец. - Все то же самое! - Правда казалась слишком невероятной. - Это не подзорная труба!
Таррант покачал головой.
- В древности, на Земле, эта вещь называлась "телескоп". - Он с гордостью погладил черную трубу. - Хрустальные линзы специальной шлифовки, расположенные так, как советует земная наука. И он действует. Всегда. Независимо от того, кто в него смотрит, чего он ожидает, на что надеется, чего боится, - он действует всегда и без каких-либо изменений. - В голосе Охотника зазвучало нечто, чего Дэмьен прежде за ним не замечал. Благоговение? - Вы можете себе представить целый мир такой же, как этот телескоп? Мир, живущий по неизменным законам природы, мир, где воля живых не имеет власти над неодушевленными предметами, мир, где один и тот же опыт, повторенный тысячу раз в тысяче разных мест тысячей разных людей, всегда дает одни и те же результаты? Вот наше наследие, преподобный Райс! Вот наш мир, куда мы не можем вернуться!
Дэмьен посмотрел на телескоп и попытался вообразить мир, о котором говорил Охотник. И наконец пробормотал:
- Я не могу себе этого представить!
- И я тоже. А сколько лет пытался это сделать! Но это просто не укладывается в воображении. Целая планета, не подверженная влиянию жизни... и все же на ней есть жизнь!
- И весьма высокоразвитая.
Охотник слабо улыбнулся.
- Это мы предпочитаем так думать. - Он взглянул на Сиани и приглашающим жестом указал на телескоп. Женщина подошла и нагнулась к объективу. И тут Таррант тихо спросил: - Готовы ли вы ответить еще на один вопрос?
Дэмьен подобрался. Сиани подняла голову.
- Какой?
