Они стоят в нескольких шагах от меня. Он обнимает ее, прижимает к себе ласково и нежно, как дракон прижимает свое сокровище. Его смертоносные когти не задели ни единого волоска в ее пышной гриве. Их губы соприкасаются в неуверенном вопрошающем поцелуе. Глаза Луны прикрыты в сладострастном томлении, она не просто ждет, она умоляет об ответе.
На глаза мои наворачиваются слезы. А рот снова стянут. Что? Почему?! Мечусь в ужасе, теряясь в догадках.
Луна стоит левым боком ко мне. В правой руке Найтмера магически формируется нож. Развернув крылья, монстр накрывает ими себя и жертву, как-бы скрывая происходящее от меня. Это жестокая издевка, ведь я вижу все сквозь полупрозрачную структуру крыльев.
«Нет! Луна, услышь, заметь меня!»
Рвусь из своих оков, желая предупредить ослепленную любовью сестру, но все, что я могу - гремя доспехами, бессильно биться о каменный пол.
Краткий замах, удар. Луна, дернувшись, напряженно замирает, в ее широко раскрытых глазах отражается изумленное: «Как?». Губы медленно кривятся в горькой усмешке.
Чувствуя боль сестры как свою, я цепенею в безысходной ярости, желая сжечь все дотла, разнести, не оставив камня на камне от этого проклятого замка. И сдерживаюсь, зная, что если ударю наотмашь - магия, блокирующая рог, равноценно возвратит удар, и я сама сожгу себе мозг.
Крылья Луны, сложенные на боках, вдруг обвисают. Пони падает к ногам человека, ее голова скользит по руке Найтмера, он придерживает и бережно укладывает на пол, не позволяя удариться о камень. Затем, оставив нож торчать в груди, когтем отрезает прядь гривы.
Встав и сложив крылья, чудовище пинком сбрасывает труп аликорна в нишу, где прежде хранились Элементы Гармонии. Слышны звуки падения. Найтмер неторопливо простер руку над нишей, и с его ладони вслед за Луной падает крохотный фиолетовый огонек. Пламя занялось мгновенно, взвилось высоким столбом огня. Зал наполнился смрадом от горящей плоти.
Мое сердце обливается кровью. Глядя на беснующийся огонь, швыряющий ввысь догорающие клочки волос и скорченные перья, я мысленно прощаюсь с сестрой.
Все те добрые, нежные, наполненные теплом и лаской, слова проносятся в голове, словно жеребята, празднующие «День Сердец и копыт». Все, что я бережно хранила в своем сердце столько столетий, вмиг стало бессмысленно. Той, для кого я их берегла - нет в живых. Я. Не смогла. Спасти.
Я молча гляжу на огонь. Слезы медленно стекают по щекам...
Найтмер, снова скрывший лицо за звероподобной маской, подошел и бросил мне на морду прядь синих мерцающих волос. Они пахнут живой, настоящей, родной Луной, которую я снова не уберегла. Слезы хлынули из глаз моих, рыдания сотрясают тело будто в предсмертной агонии.
Присев рядом, монстр сжигает на ладони последнее, что еще оставалось от моей сестры.
- Ты думала, я убил ее где-то там, в чуждом мире Земли? Но ведь это ужасающе скучно. Иное дело - лишить ее жизни на родине, энергичную, полную сил, любви, амбиций, жаждущую власти. Дать ей насладиться победой, счастьем, предвкушением будущих свершений - и все отобрать. Одним точным, красивым ударом. Да еще и у тебя на глазах. Это был потрясающий накал страстей: страх за жизнь сестры, паника, ярость, гнев, отрицание, сожаление, смирение. Великолепное ассорти чувств. Я восхищен и сыт по горло твоим столь щедрым всплеском эмоций. Настоящий фонтан, м-м-м.
Найтмер облизал клыки и подушечки пальцев, затем пихнул меня в плечо:
- У тебя там стадия отупения еще не настала?
Пожалуй, впервые в жизни я пожалела, что не могу убивать взглядом. Эта техника темной магии, смертельно опасная и потому запрещенная, пригодилась бы мне как никогда. Но подарить убийце преисполненный лютой ненависти взгляд я все же сумела.
Монстр довольно рыкнул:
- Да, по глазам вижу, тоскуешь о сестре. Кстати, сестры ли вы вообще, при такой-то разнице в возрасте в тысячу лет? Может, ты мать Луны?
Я промолчала, не желая признавать, что вопрос, не требующий ответа, затронул одну из самых темных страниц моей истории.
Найтмер прижал руку к груди - щитки его доспехов раздвинулись, и хризолит упал на ладонь. Схватив меня за волосы, душегуб поднес искрящийся зеленый кристалл к моим глазам:
- Ваше Величество, пора принимать лекарство от тоски!
«Нет, нет, нет!» - мысленно умоляю я, ощущая, как глаза расширяются от ужаса. И мотаю головой.
- Луна хотя бы умерла любящей и счастливой, с мечтой о Вечной Ночи и троне Эквестрии. А тебе, Тия, не светит даже это. Твой свет обращен будет против тебя.
Резко оттянув нагрудную броню, Найтмер всунул артефакт меж пластин, прижав к моей груди, так, что я не могла вытряхнуть его или вытащить копытами. И небрежно бросил меня на пол.
