В ответ раздался истошный визг, а потом старший воин вывалился из лаза, дико размахивая передними лапами и с усилием вытягивая хвост.
— Лисий помет! — выругался он, падая на траву. — Эти блохастые твари цапнули меня!
Пока Ежевика торопливо осматривал воина, Львиносвет успел увидеть, что Бурый лишился нескольких клочьев шерсти, но крови, слава Звездному племени, не было видно.
— Все в порядке, — кивнул глашатай. — Куда теперь?
Ответ незнакомки утонул в бешеном собачьем лае. Ограда скрипела и прогибалась под тяжестью бросавшихся на нее собак.
В темном гнезде Двуногих, высившемся посреди территории, начали зажигаться огни. Затем раздался сердитый вопль Двуногого, но собаки все равно продолжали лаять и кидаться на забор. У Львиносвета похолодело в животе, когда он увидел, как маленький бурый с белым пес просунул голову в дыру и начал протискиваться наружу.
Но незнакомая кошка быстро решила эту проблему. Одним прыжком подскочив к забору, она выпустила когти и как следует полоснула пса по носу. Тот захлебнулся визгом и скрылся за забором.
— Впредь подумаешь, прежде чем лезть! — довольно усмехнулась кошка и обернулась к воителям. — Быстро, за мной!
Они бросились к входу в гнездо Двуногих, но у порога Ежевика резко остановился.
— Мы не можем туда войти! — воскликнул он. — Это же гнездо Двуногих!
— Ну и пожалуйста! — фыркнула кошка. — Оставайтесь здесь, и пусть вас собаки слопают.
Не тратя времени на уговоры, она протиснулась в узкую щель, прорезанную под куском дерева, преграждавшим вход внутрь, и исчезла.
Коты-воители смущенно переглянулись, но все понимали, что выхода нет. Ежевика пожал плечами и, взмахнув хвостом, приказал своим товарищам лезть следом.
Перед лазом Львиносвет помедлил и обернулся назад. Несносная мелкая собачонка снова просунула голову в дыру и энергично протискивалась дальше.
Львиносвета бросило в жар. Шерсть у него снова встала дыбом, лапы заныли от желания броситься в бой. Ноздри его уже щекотал близкий запах крови, он слышал испуганные вопли врагов, чувствовал, как когти его с треском рвут их косматые шкуры.
Внезапно совсем рядом с ним послышался громкий треск и крик Двуногого. Свирепый собачий лай превратился в испуганной визг, маленькая собачонка с невиданной скоростью юркнула обратно в дыру и исчезла.
Когда шум стих, Львиносвет нехотя пригладил взъерошенную шерсть. Он так расстроился из-за того, что ему не удалось испытать в бою свою силу и мастерство, что вздрогнул от неожиданности, когда Бурый подтолкнул его вперед.
— Лезь скорее! — буркнул старший воин, указывая ушами на вход в гнездо. — Чего ты ждешь?
Остальные коты были уже внутри, на дворе остались только они с Бурым. Протиснувшись в лаз, Львиносвет очутился в небольшой берлоге с прямыми стенами; все его товарищи сбились в кучу на полу и встревоженно поглядывали по сторонам. Львиносвет принюхался. Здесь сильно пахло котами, а запах Двуногих был очень старым и почти неуловимым.
— Странно, — начал было он. — Почему...
Но незнакомая кошка не обратила на его слова никакого внимания.
— Сюда, — резко приказала она. — Раз уж вы здесь, то познакомьтесь с остальными.
Через сводчатый проход она провела котов в еще одну палатку, оказавшуюся гораздо более просторной. Свет попадал сюда из большого ровного отверстия в стене. Львиносвет нерешительно шагнул внутрь, и тут же почувствовал сильный кошачий запах. На миг ему показалось, будто он вернулся в свой лагерь после патрулирования. Остролистая прижалась к нему, а Ежевика и Бурый вышли вперед и остановились посреди палатки. Львиносвет понял, что старшие воины приготовились защищать их, если ситуация выйдет из-под контроля.
«Что ж, я тоже готов к схватке. Если придется прорываться с боем, они могут рассчитывать на меня! »
Ежевика знаком велел патрульным остановиться. И тут Львиносвет увидел коренастого серого кота, сидевшего на узком карнизе прямо под све- ишым отверстием в стене.
Маленькая крапчатая кошечка уютно устроилась рядом с ним, свернувшись калачиком на чем-то, похожем на мягкий камень какого-то неестественно яркого цвета, из тех, что так любят Двуногие. Четверо котят мирно лежали у нее под животом. В другом конце палатки из-под высокой деревянной штуковины Двуногих настороженно выглядывала еще одна кошка.
Львиносвет повернул голову и затаил дыхание, узнав черного с белым котика, лежавшего еще на одном мягком камне. Это был тот самый кот, которого они повстречали накануне, и ко- трый с такой скоростью бросился от них наутек.
— Меня зовут Джинго, — промяукала их спасительница, прежде чем Львиносвет снова обрел дар речи. — А это Гусар, — продолжила она, махнув хвостом на серого кота, сидевшего на выступе. — А кошку с котятами зовут Крапинка.
— Привет, — поздоровался Гусар, лениво взмахнув хвостом. Крапинка еле заметно пошевелила ушами; вид у нее был настороженный, как у всех королев, опасающихся за своих котят.
