Прислушался к своим ощущениям. Туннель. Свет поддерживается факелами. Судя по звукам, солдаты идут по чему-то каменному, и там есть вода, а еще запах плесени.
Тюрьма… Стало понятно, когда мы прошли мимо железных прутьев, а внутри сидели мужики. Тела иссушенные голодом и в каких-то нарывах. Отличное место. Остановились.
К нам подошел лейтенант, если я правильно понимаю их должности. Мои носильщики кивали на меня и Карину и что-то объясняли. Потом сорвали китель и указали на ранение.
Мужик подошел ближе. Карие глаза и короткая борода. Форма новая, спина прямая. Лейтенант смотрел на меня, а я на него.
— Рус? — спросил он грубым голосом.
— Виктор Иванович, — кивнул я.
Решил не использовать свое настоящее имя, вдруг прокатит под военного сойти? А то после соглашения с Мехмедом Али-пашой…
— Сулейман Азис, — ответил он.
— Будем знакомы. Прости, руку не подам, не слушается.
— Руска, ты воины?
— Да, — подтвердил односложно.
На слово мне не поверили. Мужик осмотрел мои руки, ладони и потом разорвал пиджак с рубашкой, чтобы проверить шрамы.
— Хорошо, — кивнул он. — Ти врак!
— Точно не друг, — улыбнулся.
— Казнь!
— Как скажешь. Железку только с пуза вытащите, — посмотрел я на свое ранение.
Больше мне ничего не ответили. Лейтенант кивнул носильщикам, и мы пошли дальше. Сулейман, или как его там, крайне долго изучал Карину.
Продолжили идти по коридору, пока не оказались в какой-то пещере, а там лысый мужик в некогда белом халате. Весь в пятнах крови, руки вообще в бордовой корке, держал их зачем-то вверх и курил. Они обсудили что-то с моими помощниками.
— Рот наоборот! — выругался я, когда меня просто бросили на камни.
— О! Ты русский? — спросил лысый.
— Похоже на то, — простонал я.
— Давно нашего брата не было. Давно… — выпустил он дым. — Я Сергей Резников, освобожденный пленный. Подрабатываю… Скорее всего, доктором.
— Виктор Иванович, лейтенант, — проглотил.
Лысый присел рядом и, щуря один глаз, посмотрел на мою рану. Сделал недовольное лицо.
— Плохо. Тебе не помочь, умрешь к утру, — буднично он произнес и выпустил дым.
— А может, там попробуем чего? — удивился его диагнозу.
— Не, только время тратить. Вижу, тебя артефакторным оружием закололи, — грязными руками он схватился за кончик ножа.
— М-м-м-м-м! — выдал в ответ.
— Намертво… Да и кишки твои проткнуты. Так что прости, бывший земляк, я ничем помочь не смогу.
Одна новость лучше второй! Глянул на дуру, которая это все сделала, — до сих пор в отрубоне. Сергей встал и подошел к девушке, потрогал ее голову, морща глаз от попавшего дыма сигареты.
— Девка — пятьдесят на пятьдесят. Череп треснут, и крови много потеряла. Если выживет, дурой станет. Может, ее, чтобы не мучилась?
— Слышь, коновал! — возмутился я. — Понимаю, мы тут пленные и все дела, но ты бы хоть напрягся чутка.
— Ща! — и он последовал моему совету — испортил воздух.
— Братец, мне насрать на тебя и твою подругу, — встал он и пошел мыть руки в грязной воде. — Я служу султану и Турецкому царству. Десять лет назад меня бросили свои, а эти выходили, так что… Сам понимаешь, — доктор шмыгнул носом и выплюнул в воду, где только что полоскался.
Задача усложняется. Подыхать я не собираюсь. Хрен с ним, с антисанитарией, предателем и тюрьмой — с этим, наверное, разберусь. Нужно достать нож. Сука, я потом его в задницу запихаю Дисшару или старику! Вот же твари!
— Серега, сделай милость, считай, что последняя просьба умирающего. Вытащи, — попросил я.
— Так ты кровью изойдешь и сдохнешь сразу, — удивился лысый.
— Всяко лучше, чем ждать. А вдруг выздоровею? — улыбнулся.
— Ну так тебя в любом случае казнят, — пожал он плечами. — Турки любят, когда здоровых русских казнят. Вы обычно визжите, когда вас на куски режут. Солдатам нравится.
— Идеально! — кивнул я. — Ты же тут не просто так в дерьме сидишь. Вот таких, как я, почти жмуров, вытаскиваешь с того света?
— Витя, — выплюнул лысый сигарету в тот же таз. Ля, меня сейчас вырвет. — Хрен с тобой, все равно делать нечего. Попробую помочь, но ты должен тогда как на духу кое-что поведать. Мне за это плюшку дадут, а ты в любом случае на тот свет попадешь.
— О чем? — поинтересовался я.
— Солнцев у вас там, князь какой-то новый. Сейчас все разговоры только о нем. Мол, сильный, страшный, управляет новыми монстрами. За его голову объявлена награда. А любому солдату, который убьет его, дадут тридцать девственниц и дворец.
Сдержал улыбку. Вон оно что! Классный у нас союз о ненападении вышел. Но плевать, что там внутри турки творят, главное, чтобы на мою землю не лезли.
— Ну, я простой лейтенант, немного знаю, но все же могу поведать кое-что, — нашел способ себя спасти.
— Вот! Сейчас позову Сулеймана, ты ему — информацию, а потом я тебе помогу.
Долго ждать не пришлось. Лысый доктор, если он правда лечит, а не калечит, убежал, привел лейтенанта-турка. Мужик встал рядом и посмотрел мне в глаза.
— Витя, расскажи о князе Солнцеве все, что знаешь. Если Сулейману понравится, то сам знаешь, — чуть склонившись, перевел его слова Резников.
