Проблема с родителями Венеры возникла раньше, чем я ожидал. То, что они возникнут у меня не было ни малейших сомнений. Пока я находился в коме и девочка не прекращала походов в наш дом, родители, после нескольких ссор смирились с ее поступками. В конце концов, по всеобщему убеждению я был не жилец и рано или поздно, после моей смерти она должна была смириться и вернуться к обычной жизни. Но своим очередным воскрешением я спутал все планы. Теперь Тамбовцевой нельзя было посещать нашу семью как раньше, но зато объект ее заботы был жив и из полностью парализованного инвалида становился обычным парнем. Это их устраивало, тем более, о моих интеллектуальных способностях они были наслышаны. Сильное предубеждение никуда не делось, но тем не менее, если здоровье полностью вернется, вполне сносный вариант. Был бы. Все решили постоянные покушения на меня. В современной России преступности приходится крайне тяжело. Кому нужен будущий зять имеющий настолько могущественного врага. Врага которому раз за разом удается организовывать покушения, остающиеся нераскрытыми. Будь я отцом девушки, я бы сам потребовал прекратить всякие отношения. Более того, я сам стараюсь избегать Венеру, чтобы не подвергать ее опасности. Она конечно умная девушка, но именно что девушка. Любую девушку будет крайне нервировать тот факт, что ее избегают, будь она трижды умной. И Тамбовцева здесь не исключение. Понимает мою заботу и терпит.
Ко всему прочему в наши взаимоотношения приплелись отношения наших отцов. В молодости они были очень дружны. Потом их пути разошлись, они на время потеряли друг друга. А через несколько лет обнаружили себя в общей сфере деятельности в качестве конкурентов. В конце концов они пришли к согласию, фундаментом которого послужили их дети. У Тамбовцева была единственная дочь, старше меня на один год. А в нашей семье фирма по разработке и производству элитных телефонов прочилась мне. Проблема решалась к обоюдной выгоде. Наше мнение никто в расчет не брал. Но сложилось так, что дети очень сильно подружились еще до моего появления. Наверное это наследственное. С моим появлением картина приняла окончательный характер.
Придется приступить к решению этой задачи в первоочередном порядке.
Я включил компьютер — здесь у меня тоже стоял стационарный блок с двумя мониторами. Пока он загружался, достал из холодильника пакет с персиковым соком и устроился за столик перед клавиатурой.
Мониторы поприветствовали меня черным экраном- не люблю картинок. Здесь все те же Окна номер 15. Я их немного подрезал. Уж очень много информации они передавали по известному адресу. Информация по прежнему уходит в прежнем объеме и с прежним содержанием, но теперь у меня есть возможность подкорректировать ее при необходимости. Вдобавок были места сильно тормозившие работу всей системы, их я тоже убрал. А сейчас я запустил программу, написанную мной для получения информации о моем новом мире. На обоих экранах было по 12 окон, которые в бешенном темпе прокручивали закачиваемую информацию. Скорость сети позволяла, а если нет, я закачивал ее заранее. Зрение, единственный доступный на данный момент способ получения информации. Но одновременное сверхбыстрое, на грани человеческого восприятия прокручивание двадцати четырех окон дает немыслимую для обычного человека скорость получения информации. А вот с обратной передачей полный провал. У меня всего две руки по десять пальцев. Две небольшие клавиатуры для планшетов, на которых я одновременно работаю, с пулеметной скоростью отстукивая клавиши- этого крайне мало для моих задач. Единственное утешение, мои коды в десятки, иногда в сотни раз короче, чем принято здесь. Люди не могут осилить машинные коды, они вынуждены использовать компиляторы. У здешнего аналога Андроида базовый размер два гигибайта. Все это время, что прошло после разговора с Венерой изучаю его. На мониторах размытые от скорости изображения. Мне надо вбить около 40 мегабайт информации. Юмор в том, что код я уже составил в виртуальном пространстве, но не могу его перенести.
