Лан задрожал – невиданное дело – и в ярости стиснул зубы, но, когда он наконец заговорил, голос его звучал непривычно нерешительно:
– Но там, в Танчико, вам потребуется помощь. Нужно, чтобы кто-нибудь оберегал вас. В Тарабоне и до войны уличный вор мог запросто всадить нож в спину за пару монет, а сейчас, как я слышал, дела обстоят гораздо хуже. Я мог бы… мог бы охранять тебя, Найнив.
Илэйн подняла брови. Неужели он предлагает… Нет, быть такого не может.
Найнив и виду не подала, что услышала нечто неожиданное.
– Твое место рядом с Морейн, – сказала она.
– Морейн… – На суровом лице Лана выступил пот, он запинался на каждом слове. – Я могу… я должен… Найнив… я…
– Ты останешься с Морейн, – резко сказала Найнив, – пока она не освободит тебя от уз. Ты сделаешь то, что я говорю. – Она вытащила аккуратно сложенную грамоту из поясного кошеля и сунула ему в руки.
Лан развернул бумагу, прочел, заморгал и перечел снова.
Илэйн знала, что там написано.
Другое, точно такое же письмо хранилось у Эгвейн; правда, подруги не были уверены, что там, куда она направляется, от письма будет хоть какая-то польза.
– Но это позволяет вам делать что угодно, – изумился Лан. – Вы можете говорить от имени самой Амерлин. С чего это она облекла такой властью принятых?
– Не задавай вопросов, на которые я все равно не могу дать ответ, – сказала Найнив и насмешливо добавила: – Радуйся и тому, что я не заставляю тебя плясать.
Илэйн с трудом сдержала улыбку, а у Эгвейн вырвался подавленный смешок. Обе помнили, что, получив эту грамоту, Найнив заявила: «Да с такой бумагой я и Стража заставлю плясать». И было ясно, какого Стража она имела в виду.
– Можно подумать, ты этого не делаешь. Выставила меня на посмешище – про узы напомнила, про мои клятвы. Да еще и это письмо.
Не обращая внимания на негодующий взгляд Стража, Найнив забрала у него бумагу Амерлин и спрятала в кошель на поясе.
– Ты слишком возомнил о себе, ал’Лан Мандрагоран. У нас свои дела, и ты в них не лезь.
– Я возомнил о себе, Найнив ал’Мира? Ты так считаешь?
Он кинулся к Найнив столь стремительно, что Илэйн чуть было не пустила в ход Силу, сплетая потоки Воздуха, чтобы остановить его. Найнив изумленно вытаращилась на Стража, но в следующий миг Лан подхватил ее и припал к ее губам. Туфельки ее болтались в добром футе от пола. Поначалу Найнив всячески пыталась освободиться, пинала его в голени, яростно молотила кулаками и сердито мычала, но мало-помалу затихла и повисла у него на шее.
Эгвейн смущенно отвела глаза, но Илэйн смотрела на парочку с интересом. Неужели и она так выглядела со стороны, когда Ранд… «Нет! Не буду больше о нем думать». Может быть, стоит написать Ранду другое письмо, отказаться в нем от всего, что было сказано в первом. Пусть знает, что с ней шутить нельзя.
Наконец Лан выпустил Найнив и поставил на пол. Пошатнувшись, она принялась оправлять платье и приводить в порядок прическу.
– Ты не имел права… – произнесла она, задыхаясь. – Я не позволю тебе обращаться со мной подобным образом, да еще на глазах у всего мира! Такого я не потерплю!
– Ну, скажем, не у всего мира, – возразил Лан. – А что до твоих подруг, то коли они все видели, то пусть и послушают. Я думал, что в моем сердце нет места ни для кого, но для тебя оно нашлось. Душа моя была выжженной пустыней, а ты заставила расцвести в ней цветы. Помни об этом в своем путешествии, раз уж ты твердо решила ехать. И если ты погибнешь, я ненадолго переживу тебя. – Он одарил Найнив улыбкой, чуть смягчившей суровые черты его лица. Лан улыбался нечасто. – И помни, – добавил он, – меня не так-то просто заставить плясать, даже если ты заручилась письмом Амерлин. – С этими словами Страж отвесил галантный поклон. Илэйн даже показалось, что он и впрямь собрался встать на колено и поцеловать кольцо Великого Змея, красовавшееся на руке Найнив. – Ты повелеваешь – я повинуюсь, – пробормотал он и, поднявшись, вышел вон. Было ли это насмешкой – подруги так и не поняли.
Как только дверь за ним закрылась, Найнив рухнула на кровать, как будто ноги ее больше не держали, и задумчиво уставилась на дверь.
– Даже самая кроткая собака начнет кусаться, если ее часто пинают, – припомнила Илэйн известную поговорку. – А по-моему, Лан не больно-то кроток.
В ответ Найнив бросила на нее сердитый взгляд и хмыкнула.
– Он порой бывает несносен, – промолвила Эгвейн, – но ты мне вот что скажи, Найнив: почему ты так поступила? Он же был готов пойти с тобой, а я точно знаю, что ты больше всего на свете хочешь избавить его от Морейн. Попробуй скажи, что это неправда.
