– Не просил. Просто сказал, что ты собрался в Двуречье и что там есть люди, которые задумали тебя убить. Вот я и решил пойти с тобой, если, конечно, ты не против.
– Я? Против? – Перрин чуть не расхохотался. – Да уж совсем не против – можешь не сомневаться. Прекрасно, через несколько часов мы уже вступим в Пути.
– В Пути? – Выражение лица Гаула не изменилось, но он моргнул.
– Это что-то меняет?
– Нет, Перрин. Смерть – удел всех людей.
Так-то оно так, подумал Перрин, но ответ неутешительный.
– Поверить не могу, что Ранд оказался таким бессердечным, – сказала Эгвейн, а Найнив добавила:
– Он даже не попытался остановить тебя.
Сидя на кровати Найнив, девушки делили золото, которое Морейн дала в дорогу Найнив с Илэйн. Каждой досталось по четыре толстых кожаных кошелька, которые они собирались припрятать в кармашки, специально пришитые под юбками. На поясе у каждой будет висеть другой кошелек, поменьше – чтобы не слишком привлекал внимание. Эгвейн брала с собой не так много денег, потому как в Пустыне от них не много проку.
Илэйн хмуро разглядывала два плотно увязанных узла, стоящих у двери, и лежавшую возле двери кожаную суму. В них была сложена вся одежда, которую необходимо взять в дорогу. Футляр с ножом и вилкой, гребень и расческа, иголки, булавки, нитки, наперсток, ножницы, мыло. Трутница и второй нож, поменьше того, что висел у нее на поясе… Перечитывать список не было смысла – все приготовлено. И главное, за пазухой у Илэйн спрятано каменное кольцо Эгвейн. Она была готова в дорогу. И ничто не могло ее задержать.
– Да, не пытался, – сказала Илэйн, гордясь тем, как спокойно прозвучал ее голос.
«Похоже, Ранд почувствовал облегчение. Облегчение! А я, словно последняя дурочка, открыла ему свое сердце в этом письме. Хорошо еще, что он распечатает его, только когда я уеду».
Найнив тронула ее за плечо, и Илэйн вздрогнула.
– А тебе хотелось, чтобы он попросил тебя остаться? Но ведь ты знаешь, каков был бы твой ответ.
Илэйн поджала губы:
– Конечно знаю. Но он как будто даже обрадовался – каково, а? – Она осеклась, поняв, что сказала больше, чем хотела.
Найнив взглянула на нее с пониманием:
– С мужчинами бывает нелегко.
– А мне до сих пор не верится, что он… – сердито пробурчала Эгвейн.
Но Илэйн так и не узнала, что же подруга имела в виду. Дверь распахнулась, и с такой силой, что ударилась о стену.
Илэйн мгновенно обняла саидар и почувствовала неловкость, когда на пороге показался Лан. Однако в следующий момент она решила, что коснулась Источника не напрасно. Страж, чья внушительная фигура загораживала дверной проем, был мрачнее тучи. Если бы его голубые глаза могли метать молнии, они испепелили бы Найнив на месте. Илэйн заметила, что свечение саидар окружало и Эгвейн.
Однако Лан уставился на Найнив, словно никого, кроме нее, в комнате не было.
– Ты дала мне понять, что возвращаешься в Тар Валон, а я и поверил, – рявкнул Страж.
– Если ты и поверил, – спокойно ответила Найнив, – я тут ни при чем, я тебе ничего подобного не говорила.
– Ничего не говорила? Она ничего не говорила! Ты говорила, что сегодня уедешь, и все время подчеркивала, что твой отъезд связан с отправкой в Башню этих приспешниц Темного. Все время! Что я, по-твоему, должен был думать?
– Но я ни словом не…
– Свет, женщина! – взревел Страж. – Нечего играть со мной словами!
Илэйн с Эгвейн обменялись встревоженными взглядами. Лан всегда отличался железной выдержкой, но сейчас он был близок к тому, чтобы сорваться. Найнив, напротив, не привыкла сдерживать свои чувства, однако держалась спокойно и невозмутимо и даже не теребила кончик косы – ладони остались лежать на зеленом шелке юбки. Взгляд ее был серьезным, голова – высоко поднятой.
Лан с видимым усилием взял себя в руки. Лицо его вновь, как обычно, стало непроницаемым. Но Илэйн была уверена, что спокойствие его – лишь внешнее.
– Я так и не узнал бы, куда вы направляетесь, если бы случайно не услышал, что вы распорядились заложить экипаж, чтобы вас отвезли на судно, отплывающее в Танчико. Я никак в толк не возьму, почему Амерлин отпустила вас из Башни и почему Морейн поручила вам допрашивать этих Черных сестер. Ведь вы, все трое, – принятые. Принятые, а не Айз Седай. А в Танчико сейчас небезопасно для любого, не считая разве что Айз Седай с оберегающим ее Стражем. И я не позволю тебе ехать туда!
– Стало быть, – усмехнулась Найнив, – ты позволяешь себе оспаривать решения Морейн, а заодно и самого Престола Амерлин. Наверное, я не очень хорошо разбираюсь в Стражах. Я-то думала, что, помимо всего прочего, вы приносите обет повиновения. Лан, я понимаю твою озабоченность и благодарна тебе, очень благодарна, но у нас свои задачи, и мы обязаны их выполнить. Мы уезжаем, и тебе придется с этим смириться.
– Почему? Во имя Света, скажи мне хотя бы – почему? Почему вы отправляетесь в Танчико?
– Если Морейн не сказала тебе этого, – мягко заметила Найнив, – значит у нее есть на то свои причины. У каждого из нас свой долг – и у нас, и у тебя.
