Илэйн отскочила на шаг – кто-то плюнул на причал перед ней. Нельзя было понять, кто это сделал: когда девушка обернулась, все были заняты работой и никто на нее не смотрел. Пусть эти люди и не избалованы своими благородными лордами, но, если бы девушке удалось выявить виноватого, у нее нашлась бы для него пара ласковых слов.
– Ты должна постараться вести себя потактичней, Найнив, – повторила Илэйн.
– Конечно, – пробурчала Найнив, начав подниматься по сходням с веревочным ограждением, – попробую, если только меня не вздумают водить за нос.
Первое, о чем подумалось Илэйн, когда она поднялась на палубу: что корабль, который называли гонщиком, довольно узок по сравнению со своей длиной. Она не очень-то разбиралась в кораблях, но этот показался ей похожим на огромную щепку. «О Свет, эту посудину будет болтать куда сильнее, чем карету». Затем ее внимание привлекла команда. Она слышала немало рассказов про Морской народ, но никогда не встречалась с ним прежде. Эти скрытные, жившие сами по себе люди представлялись ей столь же таинственными, как айильцы. Даже из преданий мало что можно было узнать об их обычаях и нравах. Все, что связано с Ата’ан Миэйр, казалось необычным; возможно, более странными представлялись лишь земли, лежащие за Пустыней. О них всего-то и было известно, что Морской народ привозит оттуда шелк и ценную поделочную кость.
Теперь Илэйн видела этих Ата’ан Миэйр собственными глазами. Смуглые, босые, обнаженные по пояс, начисто выбритые мужчины с жесткими темными волосами и татуировками на руках двигались со сноровкой и уверенностью людей, привычных к работе и умеющих выполнять ее не задумываясь. Корабль был неподвижен, но люди ходили вразвалочку – верно, ощущали колыхание воды под днищем. У большинства на шее болтались золотые или серебряные цепи, а в ушах красовались кольца – в каждом по два или три, порой с полированными камушками.
Женщин в команде было, пожалуй, не меньше, чем мужчин, и они работали наравне с ними, выбирая канаты и сворачивая тросы. У них тоже были татуировки на руках, и они носили такие же шаровары до лодыжек из темной непромокаемой ткани, подвязанные узкими узорчатыми поясами, как и мужчины. Цепочек на шее и колец в ушах у них было во всяком случае не меньше. Однако на женщинах красовались еще и просторные яркие блузы – красные, синие или зеленые. И, как не без удивления приметила Илэйн, у двух или трех были кольца в ноздре, не считая такого же обилия серег и цепочек.
Грацией женщины Морского народа превосходили мужчин, и это напомнило Илэйн некоторые рассказы, украдкой подслушанные ею в детстве. В них женщины Ата’ан Миэйр слыли воплощением красоты и привлекательности, перед которыми не в силах устоять ни один мужчина. Женщины на корабле не казались особо красивыми, но изящество движений делало их прекрасными и заставляло ее поверить в правдивость того, что о них рассказывали.
Две женщины, стоявшие на кормовой надстройке, явно не были простыми членами команды. Они тоже были босы и носили одежду того же покроя, что и прочие, но из расшитого шелка – на одной голубого, а на другой зеленого. Старшая, одетая в зеленое, имела четыре маленьких золотых колечка в каждом ухе и одно в левой ноздре. Золото сверкало на солнце. От кольца в носу к одной из серег тянулась тоненькая цепочка, на которой был подвешен ряд крошечных золотых медальонов, а на одной из цепей на груди висела ажурная золотая коробочка. Время от времени женщина приподнимала ее и принюхивалась. Вторая женщина, повыше ростом, имела общим счетом шесть сережек в ушах и поменьше медальонов. У нее тоже была нюхательная коробочка, но не так богато изукрашенная. Ну и ну, поразилась Илэйн, одни кольца в носу чего стоят, а тут еще эти цепочки!
Что-то на кормовой надстройке показалось ей странным, но поначалу она не поняла, в чем дело, и лишь потом сообразила – там не было румпеля, только какое-то колесо со спицами, привязанное к опоре, так что оно не могло вращаться. Никаких признаков рулевого весла, имеющегося даже на самой утлой речной лодчонке, не говоря уже о крупных и мелких морских судах, что были пришвартованы здесь у причалов. «Как же они правят судном?» Морской народ казался девушке все более странным и таинственным.
– Помни, что нам говорила Морейн, – предупредила Илэйн подругу, приближаясь к мостику. Впрочем, запоминать им пришлось не так уж много, ибо даже Айз Седай было мало что известно о Морском народе. Правда, Морейн подсказала им некоторые подобающие случаю учтивые фразы. – И не забывай о такте, – добавила Илэйн тихо, но твердо.
– Не забуду, – отрезала Найнив. – Я умею быть учтивой.
«Хорошо, коли так», – подумала Илэйн.
