Восходящая тень полностью

Как мне это удалось? Впрочем, хватит вопросов — из-за них меня все время заносит не туда. Но уж больше такого я не допущу.

И еще одно показалось Эгвейн странным. Закрыв глаза за миг до того, как перенестись из Пустыни в Танчико, девушка отчетливо увидела позади воительницы другую женщину, смотревшую на них обеих. Златокудрую женщину с серебряным луком в руках. Это уж и вовсе невероятно, сказала себе Эгвейн. Ты просто наслушалась баек Тома Меррилина. Бергитте давным-давно мертва и не вернется в мир до тех пор, пока зов рога Валир не поднимет ее из могилы. А мертвые — они ведь не видят снов. Заставив себя отбросить бесплодные размышления, Эгвейн бегом поспешила обратно на площадь. Сколько же времени потратила она впустую? Уходят драгоценные минуты, а она так ничего и не выяснила, и теперь, наверное, ей придется обшарить весь город. Если бы только знать, что искать. И где.

Бежать здесь, в Тел’аран’риоде, было совсем нетрудно, но девушка понимала: как бы быстро она ни мчалась, ей не обежать весь город до того, как подруги ее разбудят. А возвращаться ни с чем ей не хотелось.

Неожиданно на площади, посреди стайки голубей, появилась женщина в бледно-зеленом платье, таком тонком и облегающем, что оно устроило бы и Берелейн. Темные волосы незнакомки были заплетены во множество тонких косичек, а лицо прикрыто полупрозрачной вуалью. Голуби вспорхнули у нее из-под ног, и женщина взлетела вместе с ними. Она поднялась выше крыш, прежде чем растаяла в воздухе.

Эгвейн улыбнулась. Она ведь и сама нередко летала во сне, а это, в конце концов, Мир Снов. Девушка подпрыгнула и полетела. Чудно, люди ведь не летают, подумала она, и все вокруг закачалось. Эгвейн заставила себя сосредоточиться — она летит, вот и весь сказ. Это Мир Снов, и она летает во сне. Свежий ветерок дул ей в лицо, Эгвейн ощущала необыкновенную легкость, и ей хотелось смеяться.

Она пронеслась над Панаршим Крутом — гигантским каменным амфитеатром с ареной посередине — и представила себе, какая пропасть народу собирается здесь, чтобы полюбоваться фейерверками, да еще какими. Ведь их устраивает Гильдия Иллюминаторов. В Эмондовом Лугу фейерверки были редким развлечением, и всякий раз взрослые веселились как малые дети.

Словно ласточка, парила она над крышами дворцов и особняков, домов и лавок. Скользила между куполами, островерхими золочеными шпилями, бронзовыми флюгерами и башнями, украшенными каменным кружевом балконов. На каретных дворах стояли, дожидаясь возниц, экипажи и фургоны. Большая гавань и фьорды были заполнены выстроившимися вдоль причалов судами. И все — от экипажей до судов — изрядно обветшало и нуждалось в ремонте, но ничто не указывало на присутствие Черных Айя. Во всяком случае, насколько она могла судить об этом.

Может, представить себе Лиандрин? — подумала Эгвейн. Это было нетрудно — она прекрасно помнила кукольное личико, светлые косы, надменные карие глаза и розовые, словно бутон, губы, искривленные в самодовольной усмешке. Но если это сработает и приведет к Лиандрин, она рискует столкнуться и с остальными Черными сестрами, а к этому она не готова.

Неожиданно девушка поняла, что сама выставила себя напоказ, — если черные Айя здесь, в Танчико Мира Снов, они непременно ее заметят. Летящую женщину, которая к тому же не пропадает из виду. Стоит только поднять глаза. Все вокруг снова задрожало. Эгвейн выправила полет, снизилась ниже крыш и полетела вдоль улиц. Летела она теперь не так стремительно, как прежде, но все же быстрее, чем могла бы скакать на коне. Возможно, она неслась им навстречу, но заставить себя остановиться и ждать девушка не могла.

Дуреха, выругала себя Эгвейн, дуреха бестолковая. Возможно, они уже прознали, что я здесь, и расставили западню. Она подумывала даже покинуть Тел’аран’риод и вернуться в Тир, но ее останавливала мысль, что она так ничего и не нашла. Если здесь вообще можно было что-то найти.

Неожиданно она увидела женщину, стоящую на улице прямо перед ней. Мешковатая коричневая юбка и просторная белая блуза не скрывали стройной фигуры. Несмотря на скромное одеяние, шею и руки женщины украшало множество ожерелий и браслетов из резной кости и золота. Она стояла подбоченясь и сурово смотрела на Эгвейн.

Глупыш, подумала Эгвейн, угодила во сне неведомо куда и теперь глазам своим не верит. Она назубок помнила описания спутниц Лиандрин и была уверена, что эта женщина ни на одну из них не похожа. Эгвейн стремительно приближалась к незнакомке, но та не исчезала. Почему? — встревожилась девушка. Почему? О Свет! Неужто она… Эгвейн принялась торопливо свивать потоки Силы, чтобы опутать ими странную незнакомку.