Восходящая тень полностью

Амерлин взяла второй костяной цилиндрик и с отчетливым щелчком разъяла его надвое — бумажка вылетела. Она прочла письмо, и на лице ее расцвела улыбка:

— Ну, наконец-то хорошие новости. «Удар достиг цели. Пастух овладел мечом».

— Ранд? — спросила Мин, и Суан кивнула:

— А кто же еще, девочка? Твердыня пала. Пастух Ранд ал’Тор овладел Калландором. Теперь, Лиане, я могу действовать. Пусть сегодня днем соберется Совет Башни. Нет, сегодня утром.

— Я не понимаю, — промолвила Мин, — слухи о Ранде доходили и раньше, и вы о них знали. Почему же вы собираете Совет только сейчас? Что вы можете сделать такого, чего не могли прежде? Суан рассмеялась, словно девчонка:

— Что я могу сделать? Теперь я могу объявить, что согласно донесению Айз Седай Твердыня пала и мужчина овладел Калландором. Пророчество исполнилось. И пока этого достаточно. Они, конечно, будут спорить, вилять, но никто не помешает мне объявить, что Дракон Возродился, никто не посмеет возразить, что Белая Башня должна руководить этим человеком. Наконец-то я смогу иметь с ним дело открыто.

— Правильно ли мы поступаем. Мать моя? — вдруг спросила Лиане. — Я понимаю… раз Калландор в его руках, он и впрямь Возрожденный Дракон. Но, Мать, он ведь способен направлять Силу. Мужчина, умеющий направлять Силу. Я видела его всего раз, но и тогда почувствовала нечто странное. Нечто большее, чем воздействие та’верена. Боюсь, когда дойдет до дела, окажется, что разница между ним и Мазримом Таимом не слишком велика.

— Разница в том, что Ранд — истинный Возрожденный Дракон, дочь моя, — спокойно ответила Амерлин. — Таим — волк, возможно, бешеный волк, а Ранд — волкодав. С его помощью мы низвергнем Тень. Но пока держи его имя при себе. Не следует открывать слишком много раньше времени.

— Как прикажешь. Мать, — промолвила Хранительница, но голос ее звучал неуверенно.

— А теперь ступай. Я хочу, чтобы Совет собрался не позднее чем через час. — Лиане направилась к выходу, и Суан задумчиво посмотрела ей вслед. — Возможно, — сказала она, когда за Лиане закрылась дверь, — сопротивление будет сильнее, чем мне бы хотелось.

Мин оторопело глянула на Амерлин:

— Но не хотите же вы сказать, что…

— Нет-нет, дитя, ничего серьезного. Во всяком случае, до тех пор, пока они не знают, как давно я ввязалась в историю с этим парнем, Рандом ал’Тором. — Амерлин вновь глянула на бумажную полоску и бросила ее на стол. — Жаль, что Морейн не сообщила мне больше.

— Так почему же она не сообщила больше? И почему так тянула с этим известием?

— Ты задаешь слишком много вопросов. Об этом лучше спросить Морейн. Она всегда поступает по-своему. Так что спроси Морейн.

Сахра Ковенри размахивала мотыгой, раздраженно поглядывая на сорняки — волокнолист и куриные лапки. пробивавшиеся между рядами капустной и свекольной рассады. Нельзя сказать, что госпожа Элвард слишком уж придирчива и сурова, — она ничуть не строже, чем ее матушка, и уж всяко мягче, чем Шириам, но Сахра не для того отправилась на ученье в Белую Башню, чтобы, как и дома, мотыжить грядки под палящим солнцем. Белое одеяние послушницы пришлось снять. Сейчас на ней было грубошерстное коричневое рубище вроде того, какое она носила в родной деревне. Юбку пришлось подоткнуть до колен, чтобы не измазаться в грязи. Радости мало. К тому же она не знала за собой никакой вины.

Упершись босыми ступнями в развороченную землю, она воззрилась на упрямый побег куриной лапки и направила Силу, желая сжечь его. Вокруг побега рассыпался сноп искр, и он поник. Девушка поспешно вырвала его и отбросила подальше от грядки и прочь из памяти. Если бы в мире существовала справедливость, подумалось ей, — лорд Галад непременно завернул бы на эту ферму во время охоты.

Опершись на мотыгу, девушка предалась мечтам: лорд Галад падает с лошади, ясное дело, не по своей вине, он ведь превосходный наездник, а она Исцеляет его раны. И тогда он сажает ее к себе в седло и клянется, что станет ее Стражем, а она, конечно, — Зеленой сестрой, ну а потом…

— Сахра Ковенри?

Заслышав резкий повелительный голос, девушка вздрогнула и обернулась. Но это была не госпожа Элвард. Сахра присела в реверансе, насколько это было возможно с подоткнутой юбкой:

— Приветствую вас, Айз Седай. Вы явились, чтобы забрать меня в Башню?

Айз Седай подошла ближе, нимало не беспокоясь о том, что подол ее волочится по грязи. Несмотря на жару, она была в плаще, и низко надвинутый капюшон затенял лицо.

— Перед тем как покинула Башню, ты отвела к Амерлин женщину, назвавшуюся Элминдредой.

— Да, Айз Седай, — с недоумением отвечала послушница. Ей не понравилось, как Айз Седай сказала «покинула Башню», — будто ей уже не суждено туда вернуться.

— Расскажи мне все, что ты видела и слышала с того момента, как повстречала эту женщину. Все, девица, до мельчайших подробностей.

— Но я ничего не слышала, Айз Седай. Хранительница отослала меня прочь, как только…