Куладин вздрогнул, словно его ударили, и побагровел от ярости. Похоже, он растерялся и не знал, что делать. Сначала он с вызывающим видом шагнул вперед, зло глядя на Лиан и Эмис, и даже сцепил руки, будто для того, чтобы не схватиться за копья, потом повернулся и отошел, свирепо озираясь по сторонам. Теперь он стоял позади Руарка, почти там же, где в начале церемонии, и смотрел на Ранда. Его голубые глаза горели как уголья.
— Как одинокого бродягу, — восхищенно прошептала Авиенда. — Она приветила его, как привечают безродного бродягу! Смертельное оскорбление для него, но вовсе никакого — для клана Шайдо. — Неожиданно она ткнула Ранда кулаком под ребра, да так, что он охнул:
— Давай, не мешкай. Покажи всем, чему я тебя научила. Пошевеливайся!
Соскользнув со спины Джиди’ина, юноша подошел и встал рядом с Руарком.
Он поклонился Лиан. Никто из айильцев этого не делал, но Ранд поступал в соответствии с понятиями, в которых был воспитан.
— Хозяйка крова, я прошу дозволения вступить под твой кров. Он услышал, как охнула Авиенда. Предполагалось, что он произнесет вовсе не те же самые слова, что и Руарк, ведь Ранд — не вождь. Глаза Руарка беспокойно сузились — он смотрел на Лиан с тревогой. Куладин, все еще красный от злости, скривил губы в презрительной усмешке. Джиндо озабоченно переглядывались.
Хозяйка крова окинула Ранда еще более суровым взглядом, чем до того Куладина. Глаза ее задержались на
— Такая скромность, — медленно проговорила Лиан, — подобает мужчине. Мужчины не часто ее выказывают. — Приподняв толстую юбку, она присела в неловком реверансе. Айильские женщины никогда не делали ничего подобного, но она сочла нужным ответить реверансом на поклон Ранда. — Кap’а’карну дозволено вступить в мою крепость. Для вождя вождей в Холодных Скалах всегда есть вода и прохлада.
Айильские женщины вновь заулюлюкали — одобрительно или осуждающе, Ранд так и не понял. Куладин бросил на него исполненный жгучей ненависти взгляд и зашагал прочь, грубо отстранив Авиенду, когда та неловко слезла с пятнистого жеребца.
Мэт замешкался, слезая с коня, и, посмотрев вслед Куладину, негромко сказал Ранду:
— Советую тебе не поворачиваться к этому малому спиной.
— Не ты один мне это советуешь, — отозвался Ранд.
Торговцы уже распрягали мулов и, не теряя времени, выносили товары. Подошли Хранительницы Мудрости, с ними и Морейн. Их тоже приветствовали криками и битьем в котлы, хотя и не так шумно, как Руарка.
— Но мне не о нем надо беспокоиться.
Тревоги Ранда были связаны вовсе не с айильцами.
Ранд чуть было не рассмеялся.
Женщины спустились со скалы, и, к удивлению Ранда, Руарк, подойдя к Лиан и Эмис, обнял обеих за плечи. Они обе были рослые, как и большинство айильских женщин, но Руарк оказался выше на целую голову.
— Мою жену Эмис ты уже знаешь, — промолвил вождь, — а теперь познакомься и с моей женой Лиан.
Юноша разинул рот от удивления, но тут же спохватился и закрыл его. Авиенда говорила ему, что Лиан, хозяйка крова Холодных Скал, — жена Руарка, и он решил, что неправильно истолковал весь этот обмен ласковыми словами и взглядами между Руарком и Эмис на Чейндаре. Да он над этим и не особо задумывался — некогда было…
— Обе? — выпалил Мэт. — О Свет! Вот это да, чтоб мне сгореть! Везет же некоторым! Или же глупее его мир не видывал с самого дня творения.
— Я думал, — промолвил Руарк, приметив удивление Ранда, — что Авиенда больше рассказала тебе о наших обычаях. Похоже, многое она упустила.
Лиан вопросительно взглянула на Эмис, и та, кивнув, сухо сказала:
— Видимо, мне придется потолковать с ней в укромном местечке. О чем она все время с ним говорила? Не иначе как учила языку жестов Дев или
Авиенда слегка покраснела и возмущенно вскинула голову.
— У нас были темы и поважнее, чем семейные дела. К тому же он ничего не слушает…
