Восходящая тень полностью

— И Шаарад на Шайдо не похожи. — Голос Бэйр был тонким, как у молоденькой, но звучал не менее твердо. — Возможно, Джеран с Бэилом и попытаются убить друг друга до возвращения в свои крепости, но никак не в Алкайр Дал.

— Не о том вы говорите, — вмешался Руарк. — Ранд, если ты прибудешь в Алкайр Дал прежде, чем туда соберутся все вожди, опоздавшие потеряют честь. Думаю, не следует провозглашать себя Кар’а’карном и в то же время лишать чести людей, которых призываешь следовать за тобой. Дольше всех будут добираться Накай. Но через месяц в Алкайр Дал соберутся все.

— Раньше, — возразила Сеана, покачав головой. — Я дважды наведывалась в сны Альзеры, и она сказала, что Бруан собирается проделать весь путь от Холда Шиаги бегом. Он прибудет раньше, чем через месяц.

— А ты уедешь от нас никак не раньше, чем через месяц, — промолвил Руарк. — Отсюда до Алкайр Дал три дня пути, в крайнем случае четыре. К тому времени там уже все соберутся.

Выходит, придется ждать целый месяц. Ранд потер подбородок. Слишком долго, но ничего не поделаешь. Это только в легендах и преданиях у героя всегда все идет как по маслу, но в реальной жизни такое удается редко. Даже та’верену, действующему во исполнение Пророчества. В реальной жизни приходится радоваться, если, рассчитывая заполучить каравай, разживешься хоть корочкой. Однако пока часть его плана осуществлялась, как было задумано. Самая опасная часть.

Морейн, расположившись между Эмис и Ланом, маленькими глоточками потягивала вино. Веки Айз Седай были опущены, словно ее одолевала дремота, однако Ранд в это не верил. Он не сомневался, что эта женщина видит и слышит все. Но пока не собирался ничего скрывать от нее.

— А многие ли выступят против, Руарк? Ты намекал, что могут найтись упрямцы, но никогда не говорил более определенно.

— Трудно сказать, — ответил вождь. — Думаю, что, когда ты покажешь Драконов, все признают тебя. Драконов Руидина подделать невозможно.

Глаза Морейн блеснули — или это ему только почудилось?

— Конечно, ты именно тот, о ком возвещают пророчества. Я поддержу тебя, и Бруан, и Деарик из Рийн Айил — тоже. Что до остальных… Севанна, жена Суладрика, будет представлять Шайдо, ведь у этого клана нет законного вождя. Она слишком молода. Ей, конечно, не хочется расставаться с ролью хозяйки крова крепости всего клана, а придется, как только Шайдо выберут нового вождя вместо Суладрика. Севанна коварна, как и все Шайдо, от нее можно ждать любого подвоха. Но даже если она не выступит против тебя, то уж Куладин непременно — ты и сам это знаешь. Хоть он и не побывал в Руидине, но ведет себя словно вождь клана, и Кое-кто из Шайдо, возможно, последует за ним. У них Дурости еще и не на то хватит. Насчет Гана из Томанелле трудно что-либо сказать заранее — никто не знает, что У него на уме. Такие вожди, как он…

Руарк осекся, услышав, как Лиан тихонько промурлыкала:

— Можно подумать, будто бывают другие. Ранд решил, что эта реплика не предназначалась для ушей Руарка. Эмис прикрыла ухмылку ладонью, а ее сестра-жена с невинным видом спрятала лицо в чаше с вином.

— Как я уже говорил, — промолвил Руарк, хмуро переводя взгляд с одной жены на другую, — обещать что-либо определенно нельзя. Но большинство последует за тобой. Возможно, и все. Может быть, даже Шайдо. Мы три тысячи лет ждали человека, отмеченного двумя Драконами. Как только вожди увидят твои руки, никто не усомнится, что ты именно тот, кто призван объединить нас.

И погубить, подумал Ранд. Об этом Руарк умолчал, продолжив:

— Усомниться не усомнятся, но как они себя поведут — это вопрос. — Вождь задумчиво постукивал черенком трубки по зубам. — Может, ты все-таки наденешь кадин’сор?

— И что я этим докажу, Руарк? Какой мне смысл прикидываться айильцем? Этак можно обрядить айильцем и Мэта. — Мэт чуть не поперхнулся. — Не стану я притворяться. Я такой, какой есть. — Ранд поднял руки со сжатыми кулаками. Рукава кафтана опали, обнажив златогривые драконьи головы на запястьях юноши. — Вот мои доказательства. Если их не хватит, ничто не поможет.

— И на кого ты «вновь направишь копья войны»? — неожиданно спросила Морейн. Мэт чуть не выронил трубку изо рта и ошарашенно уставился на нее. Темные глаза Айз Седай уже не были прикрыты веками.

Ранд конвульсивно сжал кулаки, да так, что затрещали костяшки пальцев. Ему давно следовало усвоить, что с этой женщиной лучше не умничать. Она запоминает каждое слово, каждый жест, каждый взгляд, а потом размышляет, сопоставляет и в конце концов выясняет, что за ними кроется. Ранд медленно поднялся на ноги. Все взгляды были прикованы к нему. Эгвейн хмурилась еще более тревожно, чем Мэт, айильцы же просто смотрели с любопытством. Разговор о войне — вполне заурядная для Аийл тема. Руарк, похоже, был готов к войне. На лице Морейн отражалось ледяное спокойствие.

— Извините, — промолвил Ранд, — я хочу прогуляться.

Авиенда привстала на колени, а Эгвейн даже поднялась на ноги. Но ни та, ни другая за ним не последовали.