Как я понимаю, крестоносцы уже не раз захватывали Фар-Дарлук, но еще ни разу не успели сделать это вовремя, поэтому были вынуждены возвращаться в Критский лагерь. Наверняка были случаи, когда Саладин успешно защищал крепость во время штурма, не позволив вражеским силам проникнуть даже за внешние стены. Но этот этаж еще ни разу не видел меня, а мне не нужно побеждать всех, только нанести мощный удар по Древу Познания. Несмотря на то, что я один, считаю, что мне будет проще, чем Завоевателю Святынь и его сторонникам.
— Но опять же, не стоит забывать о том, что разница в силах не очень велика, — предупреждаю сам себя, так как больше некому.
Наверное, я без труда одолею рядового противника или игрока-современника, но соперничающие великие души обладают странными силами, которые должны быть связаны с их историей или личностью, наверное. Мне вот администраторы ничего такого не дали, и жаловаться некуда.
Могу предположить, что Саладин каким-то образом связан со всеми союзниками и может каждому из них дать необъяснимые силы. Это значит, что каждый защитник Фар-Дарлука может стать врагом, которого я не смогу одолеть обычными методами.
«Обычными методами — да, а если необычными?» — размышляю я, сидя на земле и смотря на светлеющее небо, и даже не обращаю внимание на собственную улыбку.
Мне очень интересно сидеть и придумывать тактики и стратегии, словно реально играю в игру. Конечно, игра эта жестокая и сложная, но для меня это даже плюс. Конечно, если посмотреть с другой стороны, администраторам может быть выгодно, чтобы претенденты на восхождение постоянно выходили из зоны комфорта и стремились получать новый опыт и навыки. В таком случае мое вмешательство на самом деле играет им на руку.
«Да и должен ли я смотреть на администраторов и богов как на врагов?» — я уже думал на этот счет, и пока что мне кажется, что мы друг для друга не враги, хотя и вообще не друзья.
Я и мне подобные просто безликие фигуры, словно из подвала Башни, которые лишь имеют шанс стать кем-то значимыми. На низких этажах мы можем выглядеть просто как интересные животные, которые пожирают себе подобных. И если это и вправду так, что мне не остается ничего другого, кроме как продолжать восхождение, чтобы в будущем поменять в Башне всё, что захочу. Пока я не узнаю больше о самой Башне и её истинном предназначении, забивать себе голову этим не буду.
— Ладно, два дня не слишком долго, можно и подождать, — успокаиваю себя, ведь скучать все равно не придется, так как испытание будет достаточно сложным, значит, подготовка обязательна.
Листочки и стебельки сжимаются и распадаются, как только чувствуют на себе псионическую силу. Это я занимаюсь тренировками перед началом штурма Фар-Дарлука. Я сплел из тонких стеблей коробочку, в которую поместил листки, сорванные с кустарников. А потом началось самое сложное — сжать листочки, не затрагивая хрупкую «коробочку». Сжать вообще всё несложно, особенно у такой цели, но моя задача совсем в другом.
— Да блин, сложно, — говорю я, смотря на плотный травяной шарик, который сделал телекинез вообще со всем имеющимся.
У меня еще ни разу не получилось сжать листья внутри таким образом, чтобы стебли даже не шелохнулись. Но с другой стороны я не настолько бесталанный, ведь сейчас куда лучше управляюсь с точечным телекинезом. А когда надоедает одно, я переключаюсь на тренировку других навыков, например, стрельбы или формирования телекинетического оружия. Понимаю, что мне нужно довести активацию до полного автоматизма, особенно «Параметрический барьер». И вот тренировка концентрации сразу на нескольких псионических силах оказывается еще сложнее: стоит только ослабить внимание на чем-то, как оно сразу начнет работать хуже.
Тру виски, так как после таких тренировок голова начинает болеть. Вероятно, пытаясь такое провернуть, я неплохо так насилую собственные мозги, которые к этому не приспособлены. У людей ведь не должно быть таких способностей, поэтому ничего удивительного в том, что наша физиология не слишком хорошо заточена под это. А вот мир Смотрящего-в-Пустоту мог быть от природы пригодным для таких сил.
«Но им это не особо помогло, да?» — на самом деле я вообще не представляю, что случилось с миром, где родилось однажды заточенное в подвале Башни божество.
Я могу смотреть на голубое небо, но я не могу видеть более высокие этажи. Решил не забивать себе голову мыслями о происхождении и предназначении Башни Испытаний, но в моменты отдыха делать просто нечего. Одно радует — ждать осталось недолго, уже через несколько часов начнется финальный штурм крепости, который продлится пять часов. Значит, завершится уже после захода солнца.
