Душа Алайса делится со мной, как можно повторить тот удар. Я словно наяву вижу его воспоминания, как его обучали драконы-наставники, как он сотни тысяч раз сначала пробовал воспламенить меч при ударе, а потом научиться выпускать волну испепеляющего уничтожения. В рамках огненной стихии тут могу доминировать только я.
Я словно пытаюсь удержать в руках горящий белый фосфор, а потом всё тонет в сжигающем течении, которое теперь отбрасывает моего противника. Кажется, я начинаю чувствовать упадок сил, значит, осталось немного времени перед тем, как я потеряю синхронизацию с Алайсом. Нужно решить всё одним ударом, поэтому встаю в боевую стойку перед поднимающимся на ноги оппонентом. Представляю, как готовлюсь сделать глубокий выпад с пронзанием, только не врага, а вообще всего перед собой. Пиромантия Алайса готовится воплотить задуманное, а меч в руке словно раскалился.
Техника Рыцарей Пиретериума «Взрывное оружие».
Хранитель этажа словно ничего не знает об этом приеме, он сам собирает аркану в жуткого вида копье, которым хочет меня пронзить, но я чувствую, что успею закончить удар. Шаги противника раздаются всё громче, он нависает надо мной, замахиваясь магическим копьем, по которому ползет алая дымка, а потом я чувствую, что настал решающий миг. Боевой опыт Алайса подсказывает, когда и как нужно начать движение, теперь меч для меня роднее «Черного ската», я словно взаправду всю жизнь только с ним тренировался.
Делаю широкий шаг вперед с пронзающим выпадом, а потом всё исчезает во вспышке взрыва. Кажется, что я стою напротив сопла взлетающей космической ракеты или даже пытаюсь удержать в руках солнце, которое сжалось до размеров меча. Кажется, что сам сейчас сгорю тут, но суть техники в том, чтобы уничтожить то, что перед тобой. Некто очень умелый вывел формулу техники, довел до совершенства, а потом обучил Алайса, а уже через него я узнаю, как сделать всё правильно.
Поток уничтожения закончился, и синхронизация с душой драконьего рыцаря завершена. Я роняю раскалившийся меч на землю, смотря на огромное облако дыма. Энергетический источник босса этажа по-прежнему виден, но неподвижен и кажется стал намного слабее. Скоро дым рассеивается, показывая выжженную просеку, и опять только алая дорога на небо словно ничего не почувствовала. Ощущаю острый упадок сил и головокружение.
С трудом поднимаю меч и ковыляю к лежащему противнику, чтобы нанести добивающий удар, но тут возникает кто-то третий, хотя не ожидал его сейчас увидеть. Платон стоит в грязной тоге, но ситуация удивительна тем, что он вообще стоит, я всегда считал, что ноги у него давно отказались работать.
— Ты хорошо постарался, — хвалит меня древнегреческий философ. — Я закончу.
— Его жизнь принадлежит мне, — хрипло говорю я и продолжаю ковылять, но силы предательски решили закончиться именно сейчас или на меня словно что-то воздействует.
— Согласен, но мы не всегда получаем, что должны или заслуживаем. Привыкни к этому чувству, оно тебе пригодится во время восхождения. Жизнь и душа этого создания я заберу себе. Ты же можешь войти в красную реку, чтобы оказаться на первом этаже башни, проход скоро откроется.
Смотрящий-в-Пустоту заслоняет обзор для эфирных каналов.
— Мы выйдем не вместе? И что он делает?
— Нет, конечно, сначала я и Смотрящий-в-Пустоту, потом ты. У нас будет свой маршрут, и спасибо не только за эту победу, но и за все души, что ты мне скормил. У нас на самом деле похожие в чем-то силы, поэтому я смог их использовать для собственного восстановления. А Смотрящий сейчас закрывает происходящее от взглядов других богов и администраторов. Это происшествие точно привлечет их внимание.
— Подожди, разве то была не плата для Смотрящего-в-Пустоту?
— Да, с ним тоже пришлось поделиться, но он бы помог тебе и за меньшие подношения. Я тебе соврал о том, что стоимость услуг постоянно возрастала. Но во всем остальном я был с тобой честным.
Я пытаюсь понять, что за игру затеял Платон, но ничего придумать не могу, а мозги не варят. Понял лишь то, что он воспользовался моей нуждой и незнанием всех правил, чтобы вернуть себе здоровье и силы. Злит ли это меня? Возможно, но мне важнее выбраться отсюда, поэтому просто пожимаю плечами.
— Как знаешь, Платон. Это будет мне уроком не доверять мудрым старцам.
— Ха-ха-ха, не доверяй в Башне Испытаний вообще никому. Ни ребенку, ни женщине, ни святому, ни богу. А теперь до скорой встречи. Что-то мне подсказывает, что ты сможешь навести шороху в Башне, но на фоне моей революции это будет слишком незначительным.
— Поживем-увидем, — повторно пожимаю плечами, все равно ничего не понимаю.
Мои представления о Башне Испытаний сейчас ограничены, поэтому ломать голову над загадками не буду. Платон вытягивает руку перед собой, и из тела хранителя вырывается сияющее красным сердце в сетке из магических кристаллов. Забрав трофей, Платон направляется к красной реке, текущей в небо, и входит в нее, моментально исчезая.
