В лагере по возвращению словно ничего не изменилось, но если приглядеться, то лица вокруг стали оживленнее, как и разговоры. То тут, то там новички собираются в группы, обсуждают сегодняшние события и явно думают о том, чтобы найти себе единомышленников на первое время. Да и на высоких этажах командная работа будет скорее всего жизненно необходима даже мне.
Меня провожают взглядами, причем, кто-то смотрит с уважением, а другие с тревогой. Вполне нормальная картина, ведь они ничего обо мне не знают, кроме того, что я могу убить любого из них за одну секунду. Найдя Йозефа, я кидаю ему мешок с собранными магическими кристаллами.
— Отличная работа. Для тебя местные монстры не представляют опасности, но не убивай их всех, пожалуйста. Новичкам они важнее для тренировок, — говорит Йозеф.
— Без проблем. А что будет, если убить всех монстров на этаже?
— Совсем всех вряд ли получится, ведь каждый этаж очень большой. Например, «Ничейные земли» от края до края почти триста километров. Пока будешь зачищать одну половину, на другой Башня создаст новых тварей. Но если каким-то образом убить разом всех, то на некоторое время этаж станет безопасным. Но эти кристаллы пригодятся, ведь если их поглощать, то запас арканы в теле увеличится. По первой это отличный способ повышения сил.
Ну, последнее я и так знал.
— Ладно, у тебя есть шатер, где могу поспать? Не хочу вторую ночь проводить под открытым небом.
— Да, пойдем.
Йозеф проводил меня до своего шатра, где я просто улегся на спальник и закрыл глаза. И дело не в том, что я устал, нет, на «Кладбище бессильных» было намного сложнее. Здесь условия в сто раз лучше, и мне просто хочется провести время в тишине, и чтобы никто на меня не глазел. И неожиданно я заснул, проспав до ночи.
Еще одно преимущество статуса официального игрока — это наличие часов в интерфейсе системы. Поэтому мне не нужны отдельные часы, чтобы узнать точное местное время, а еще там есть функции таймера, секундомера и будильника. Сейчас время близко к полуночи, значит, я проспал два часа, полностью восстановив все силы.
Выйдя из шатра, я решаю, что неплохо было бы что-нибудь пожрать, поэтому ищу в лагере полевые кухни. Правда, все кристаллы отдал Йозефу, но, думаю, меня угостят и так. Так оно и оказывается, но я не уверен, из благодарности или из-за страха. На всякий случай сказал, что занесу деньги потом, но повар лишь рассмеялся.
— Да не стоит. На сегодняшнем собрании мы решили, что все ресурсы будут равномерно распределяться по лагерю без оплаты. Представитель Выдр пообещал поставки продовольствия, ведь Гривы их больше делать не будут. А остальное нам придется добывать самостоятельно, но поля никуда не делись.
— Что же, желаю удачи в этом, — киваю я, принимаясь за кашу. Сегодня она горячая.
— Вот мы снова встретились, — сбоку раздается знакомый женский голос.
— О, Ель, сколько лет, сколько зим, — я приветствую банщицу взмахом ложки.
— Вообще-то даже одних суток не прошло, — Ель садится рядом за стол, сколоченный из досок.
— Тоже верно. Как твои дела?
— Всё вроде бы отлично, но сегодня я впервые убила человека…
Чуть не ляпнул: «Мои поздравления», но вовремя одумался, ведь у собеседницы словно целый мир перевернулся. Заторможенные движения, пустой взгляд: у некоторых после первого боя такое случается. Я на самом деле удивлен, что она приняла такое участие в сегодняшних событиях, но судить по внешности людей не стоит. В экстремальной ситуации даже милейший и безобиднейший человек может навести на тебя оружие и выстрелить.
— Хочешь об этом поговорить?
— Нет. Лучше скажи, как тебя зовут. Никто в лагере этого не знает, поэтому прозвали тебя Стрелком.
— Черт, я надеялся на прозвище покруче, — наигранно вздыхаю.
Это впервые в Башне, когда кого-то заинтересовало мое имя. В местном аду я был лишен имени, поэтому даже несколько отвык от того, что оно у меня есть.
— Ладно, давай познакомимся по-человечески, — бубню я с полной ложкой каши во рту.
Я родился одной очень холодной зимой. Стояли такие морозы, что на улицу выходить было почти что опасно для жизни. Во всяком случае так рассказывала мама, и у меня нет причин ей не верить. Температурные аномалии всё чаще происходят в мире, но никогда меня не интересовали.
Где-то в седьмом классе вся наша семья перебралась в столицу к родственникам по линии отца, где я вырос и продолжил жить. С того времени многое изменилось, я стал старше, даже успел по глупости жениться на неподходящей мне девушке. Следующим поворотом в жизни стал военный контракт, а после — Башня Испытаний.
— При рождении родители мне дали редкое Севе́р. Да, с ударением на второй слог. Якобы это имя носили какие-то римские полководцы или императоры, а на латинском языке имя звучит как Severus. Но в детстве друзья меня звали Се́вером или Се́вой, так что я привык всем представляться с ударением на первый слог. Можешь так меня и звать.
— Север… Ясно, запомню. Почему родители меня назвали Елью, я уже и не помню.
— Очень красивое имя, — наверное, не стоит делать комплименты с ложкой во рту, но собеседница все же благодарно улыбнулась.
