Я не стал останавливать лифт до конца, просто сбросил скорость до минимальной, а потом мы с грохотом приземляемся. Мое решение пообниматься с Эслинн оказалось дальновидным, так как мне резко стало плохо от последнего усилия, резкая боль в груди заставляет мрак застилать глаза… Ладно, шучу, я еще поживу, но нужно срочно что-то придумать с этой раной.
Девушка помогает мне выбраться из кабины, попросту выбивая ногой покосившиеся двери. Что же, аркана всех усиляет, Эслинн в этом плане не является исключением. Потом мы выходим на самую нижнюю площадку десятого уровня подземелья, где садимся у стены, чтобы перевести дух. Мне так особенно это важно, а в процессе я пересказываю Эслинн содержание разговора с теми людьми.
— Ничего такого я прежде не видела, — эльфийка внимательно осматривает монету, которая вдруг оказалась в моем кармане. — И среди найденного лута этого действительно не было.
— Да уж, загадка. Она ведь действительно не могла случайно оказаться в моем кармане… — я глубоко задумался.
И тут мне на ум снова приходит загадочный Афан. Восходитель в очках и шляпе волшебника посреди Желтого Пространства. Раз он был со мной, пока я был в отключке, значит, вполне мог подложить мне в карман эту вещицу. На самом деле у меня больше нет никаких догадок, но даже эту гипотезу подтвердить не могу.
— Возможно, ты и прав, — произносит Эслинн, услышав мою версию, и возвращает мне монету. — Но раз я забыла того типа, то ничего сказать не могу.
— А еще предмет не получается засунуть в инвентарь, — говорю я. — Ладно, теперь надо подумать о следующих шагах.
Я привычен к трудностям, и даже проблемой это пока что не считаю. Главный квест «Заполучить инструмент» никуда не делся, значит, я по-прежнему могу его завершить. Возможно, администраторам совершенно всё равно, каким путем я достигну целей. Правда, если в сам Кузнеград нам закрыт проход, то как мы придем к ремесленнику с чертежом, материалом и деньгами?
Но до этого еще есть время, более срочным выглядит вопрос моей раны. Шрам на груди вновь затих, как только я прекратил использовать псионику. Еще раз пробую применить «Регенезис» ур. 5 на нем, но структурно рана никак не меняется, словно проклятье некромантии нивелирует исцеляющую силу. Обстановка и так не очень, так еще с завязанными руками станет совсем плохой.
— Как рана? — Эслинн замечает мои манипуляции.
— В состоянии покоя хорошо, но в бою начинает болеть. Не переживай, у меня сильный организм. Сильный и быстро адаптируемый к сложностям.
И это правда, талант «Адаптация» ур. 5 вполне может мне помочь, особенно при частом и сильном воздействии. Жаль только, у меня нет сознательного контроля над этим процессом, следовательно, я не знаю точно, когда и в какой форме адаптируется мой организм.
— Думаю, сейчас стоит найти безопасное место, а потом подумать над дальнейшими действиями, — я уже достаточно отдохнул, так что можно выдвигаться. — В ближайшее время вряд ли встретимся с другими восходителями.
Вестибулум явно будет закрыт на неизвестное количество времени, но вот Вивисекторы могут спуститься на другом лифте, чтобы продолжить преследование. Хотя, могут и забить, конечно. Я ничего о них не знаю и спросить тут не у кого, поэтому буду держать в голове худший вариант развития ситуации. Наверное, именно поэтому я не удивился, когда услышал скрежет металла о металл из лифтовой шахты.
— Бежим! — я подрываюсь и несусь прочь вместе с Эслинн.
Гейб и София все же решили нас преследовать, сейчас я не хочу встречаться с ними в бою, так что остается спуститься еще глубже. Вдруг есть граница, ниже которой Вивисекторы не будут преследовать беглецов? Мимо нас проносятся коридоры с металлическими стенами и большими трубами, какие-то залы с большими бездействующими паровыми машинами и лебедками, а также узкие мосты через огромные ямы, где раньше плескалась вода или иная жидкость.
Мы держим путь к следующей лифтовой площадке, которой уже пользовались сегодня для спуска на тридцать третий уровень. Она находится в стороне от лифтов до Вестибулума, но идти недалеко, а уж бегом можно добраться за пять минут. У нас выходит прибежать без особых приключений, после чего мы прикладываем карту и заходим внутрь одного из лифтов, чтобы спуститься еще на десять уровней ниже. В процессе я был готов, что нам в процессе спуска вновь обрубят тросы, но этого не произошло. Вероятно, Вивисекторам невыгодно портить все лифты, так как они нужны другим восходителям.
Как только мы добрались до двадцатого уровня, то бежим к следующим лифтам. После пересадки нам открывается табло уровней до сорокового сразу.
— Уйдем сразу очень глубоко? — спрашивает Эслинн.
— Давай, — лучше уж так.
Кабина начинает движение, погружая нас в недра местного мира, от которого остался всего один крупный город, если я верно понял здешнюю историю. Воздух становится более спертым, но мне это не слишком помешает. К тому же какая-никакая вентиляция все же действует, хотя все равно нельзя забывать о том, что подземелья опасны монстрами, ловушкам и различными техногенными факторами.
