Но тут за спиной несильно хлопнула дальняя дверь, пропуская кого-то невидимого, затем послышался громкий голос госпожи Матиссы, распекающей какого-то нерасторопного ученика. Что-то предостерегающее проворчал Кер, и она со вздохом отступила от заманчиво открывшегося прохода. Ладно, в другой раз. Сейчас нарушать строгие правила не время и не место. Тем более что ей вообще не положено знать о существовании этой двери.
Айра отвернулась и поспешила уйти, с облегчением отметив краем глаза, что вьюнок и Защитная Сеть вернулись на положенное место. Интересно, пропустят ли они ее в следующий раз? Не станут ли противиться? Не подведут ли?
Она прислушалась к себе и неожиданно поняла: нет, не подведут. Кажется, слишком долгое пребывание на границе Занда сделало ее Землю настолько сильной, что в ее присутствии даже самые агрессивные растения становятся мирными и на удивление покладистыми. Начиная с вьюнка и заканчивая смертоносным игольником. Более того, принимают ее за свою. Будто чувствуют слабый аромат магии Занда. Слышат биение его большого Сердца. И не решаются противиться этой силе, чтобы ненароком ее не рассердить.
"Чудно, - подумала Айра, торопясь вернуться к Иголочке. - Надо будет только узнать побольше у Бриера насчет этой дверки и, возможно, в следующий раз он не откажется показать мне свой корпус".
В комнату она, конечно, этим вечером не вернулась - сразу после Оранжереи отправилась в Хранилище навестить Марсо. Призрак, конечно же, сразу заметил ее плачевный вид и в свойственной ему манере поинтересовался, кто, чем и как долго ее бил, чтобы довести до такого жалкого состояния. Айра честно призналась, что никто, и в ответ на недоверчивое хмыканье кратко пересказала весь комплекс упражнений, начиная с растяжки, в который ее посвятил ученик мастера дер Соллена.
Признаться, она ожидала, что Марсо после этого ехидно похихикает, намекнув на ее слабость и излишнюю мягкотелость, однако он, на удивление, вдруг нахмурился и надолго замолчал, осмысливая новости.
- Говоришь, Бриер? Знаю, знаю, - задумчиво пробормотал он, наконец. - Действительно, неплохой маг. Викран его уже два года натаскивает, да так, что мальчик делает большие успехи. Очень странно, что он вдруг отправил его к Дерберу за какую-то глупость... паренек удивился, когда тебя увидел?
- Не особенно, - озадаченно припомнила Айра.
- Очень интересно. А Керу?
- Ему удивился сильно, - с улыбкой припомнила она. - Но сразу узнал и немедленно стал очень вежлив.
- Еще бы. Твой малышок умеет произвести впечатление. Комплекс Викрана он показал тебе весь?
- Да. Все двадцать упражнений и растяжку. Да еще велел повторять в любое свободное время, чтобы побыстрее привыкнуть.
- О, милая моя, да у тебя, наверное, совсем нет сил!
- Ни капельки не осталось, - призналась она, осторожно присев на краешек Кресла. - А завтра еще и заболит, наверное. Вот уж не думала, что это будет так трудно... кстати, ты не знаешь никого заклятия, способного снимать боль?
- Знаю. Но тебе все равно придется его выучить и использовать самой.
- Давай, - обреченно согласилась девушка. - Боюсь, без этого я завтра просто не встану.
- Уж это точно. Давай-ка мы сегодня третьей книгой возьмем справочник целебных заклинаний, а то, чует мое призрачное сердце, очень скоро без него тебе будет не обойтись.
- А как же ты?
- Ничего, потреплю до завтра. Мне же некуда спешить: впереди - вечность. Так что днем позже, днем раньше... время для меня в моем нынешнем состоянии значит не слишком много. По крайней мере, не столько, чтобы портить тебе жизнь четвертой книгой, когда ты и с тремя едва справляешься.
- Но, Марсо...
- Никаких "но"! - строго оборвал ее дух. - Еще не ночь, так что ты сейчас же засыпаешь, быстро считываешь, а потом я тебя бужу, помогаю с Озарением, лечением. После этого ты снова заснешь, а утром побежишь умываться, как ни в чем не бывало.
Айра только вздохнула и, проследив за тем, как он стремительно исчезает среди многочисленных стеллажей, рассеянно почесала Кера.
- Знаешь, иногда мне кажется, что он видит меня насквозь.
Метаморф негромко заворчал, а затем свернулся на ее коленях клубком, подставляя мохнатый мок, чтобы ей было удобнее.
Следующий день, как и следовало ожидать, стал еще тяжелее, чем предыдущий. Начать с того, что Марсо полночи не давал ей спать и с ворчанием заставлял войти в состояние Озарения, чтобы, как он выразился, "эта упрямая, неловкая и неуклюжая адептка явилась на уроки не умирающей устрицей, а хотя бы внешне похожей на приличную ученицу".
