Голос запретил рассказывать кому либо о заключенным.
Скорее всего стражники начнут за мной охоту из-за того что я поддержал Криса во время сражения.
Голос Башни не смог рассказать ничего про Александра. Но, если существуют специальные тюрьмы, есть надежда, что создателю башни даже не придется его воскрешать. Осталось всего лишь вытребовать у него помилование для брата и вернуть его домой.
Изначально я намеревался записать все, что увидел, но толчки с каждым разом становились все сильнее. Тряска усиливалась, заставляя мелкие крошки и пыль постоянно сыпать с потолка. На стенах зала начали проступать трещины.
Осталось ли еще что-нибудь, о чем я позабыл, прежде чем покинуть башню?
Чаша с голубой жидкостью подрагивала, плескаясь голубыми каплями. Возник соблазн высыпать туда все содержимое рюкзака, чтобы обзавестись еще большим количеством артефактов, но не думаю, что создатель башни оценит столь алчный жест по достоинству.
Я решил ограничится тем, что выплеснул остатки воды из фляги, а затем наполнил ее божественной кровью, как выразился Голос. Никто и не заметит такой мелочи, верно?
Зал содрогнулся особенно сильно, сверху рухнула часть потолка, размером с башку бронзового стражника. Буду надеяться, что это простое совпадение, а не наказание за чрезмерную жадность.
Я завинтил крышку фляги, пристроил ее в рюкзаке, а затем двинулся на выход.
Я оказался за стенами.
На то, чтобы осознать это потребовалось несколько мгновений и пару глубоких вдохов.
Я остался в живых. прошел испытание.
Не ощущать постоянную опасность было приятно. Но еще приятнее было, что с мертвой точки сдвинулось дело об исчезновении брата. На этом долгом пути наконец-то появилось что-то кроме туманных догадок. Мы стали на шаг ближе к воссоединению семьи.
Однако, если прохлаждаться здесь еще дольше, это может загубить все полученные успехи.
Я наконец распахнул глаза.
Небо над головой потемнело от туч, изредка посверкивающих молниями.
К счастью, жителям города уже давно не приходилось заботится о таких мелочах, как зонт.
Башня создавала вокруг себя бесконечные облака, она же накрывала Москву куполом экологической защиты, не давая небесной влаге затапливать улицы. Задрав голову я разглядел, как крупные капли разбиваются о невидимую преграду, разлетаясь брызгами в разные стороны.
Это произошло так давно, что уже успело вырасти целое поколение, никогда не попадавшего ни под ливень, ни под снегопад.
Может быть получится у меня. Оказавшись там, наверху, под шпилем. Но сейчас были дела и по важнее, которые требовали всего внимания.
Рядом с потайной дверью, которую показал Голос не было никого. Это немного сбивало с
толку, хотя я и предполагал, что буду выбираться не совсем привычным маршрутом. На краю сознания теплилась надежда, что меня встретят торжественно, отметив столь удачную первую вылазку.
Всех новичков традиционно поздравляли по окончанию испытания, вне зависимости от того, дошли они до выхода или потерпели неудачу. Это была стандартная процедура, поддерживаемая опытными авантюристами как добрая традиция сообщества.
Вдалеке, на отдельной площади действительно виднелись праздничные шатры. Небольшая группа ветеранов собралась вокруг обалдевших новичков, подбадривая тех беззлобными шуточками и травя байки из своей молодости.
На то что бы собраться с мыслями ушла еще минута, лишь затем я начал проверять
содержимое рюкзака на предмет таинственных пропаж. На первый взгляд все оказалось на мете, меч все так же был приторочен сбоку, покоясь в похорошевших ножнах.
Записи в тетради тоже не испарились, хотя я опасался этого больше всего. Мгновение я осознавал, почему вообще они так важны, а потом едва не хлопнул себя по лбу, разом вспомнив все подробности.
Воспоминания об испытании оказались не стертыми, лишь слегка потускнели, как бывает с историями давно минувших дней. Может быть без записей в блокноте они так и растворились бы, затерявшись в суете других дней.
Было ли это следствием выхода через специальные ворота, или очередная помощь от Голоса не важно. Главное что удалось сохранить все полученные тайны, которые пока следует придержать только для себя.
Не удержавшись я набросал схематичные карты залов, которые посетил за время испытания. Просто схематичные рисунки общего плана. Расписывать их более подробно не имело смысла, ведь планировка в них точно поменяется к следующему приходу. Но меня ужасно грела мысль, что однажды кто-то, так же как и я, будет корпеть над этими записями, пытаясь вообразить, какие приключения выпали на долю легендарного авантюриста Сергея Вышнецкого.
Кроме всего прочего, я больше никогда не смогу воспользоваться Вратами Судьбы. Такая попытка давалась лишь один раз, чтобы человек успел понять, сможет ли он стать авантюристом.
Для повторно посещения башни существовали другие, куда более опасные входы.
И самое главное. если я планирую посетить самые опасные уголки башни. необходимо понять, что изменило во мне повышение уровня.
