Люди, как бы печально это ни было, довольно эгоистичные создания, зачастую ставящие свои проблемы выше бед окружающих, что лишь усугубляется жизнью в столь грязном, умирающем и жестоком городе, как Броктон-Бей. На Набережной, этого почти не видно, за фасадом успешности и богатства, но Доки обнажают истинную природу людей, вытягивая злобу, очерствение и пороки наружу. Однако там, на столь слабый стон птицы, мгновенно бы обратили внимание, дабы очередной наркоман с желтыми прогнившими едва ли не насквозь зубами, мог этим вечером порадовать себя свежим мясом, а уже завтра мирно издохнуть в канаве с пробитым черепом. Доки. Доки никогда не меняются. Они были такими до Барыг, такими же остались и после. И человеческими силами, при ограниченности ресурсов этого не изменить. Никак. Однако это не повод оскотиниваться и начинать ценить славу переменчивого мира выше человеческих жизней, как это делает большинство встреченных мной современных «героев». Так что решительно кивнув своим мыслям, я тут же подняла несчастную пташку.
— Да, сильно же тебе досталось, — невольно посочувствовала я голубю с поломанным крылом. Долго бы он тут не пролежал. Еще пара часов и если бы не затоптали к тому времени люди, то точно бы бы разорвали бродячие собаки или кошки. Уже поднимая его на руки, я успела увидеть сворачивающую за угол одетую не по погоде женщину в федоре. — И ничего они не крысы, — буркнула я себе под нос, унося его с людных улиц, после чего расправив сломанное крыло быстро пробежалась по нему пальцами полностью то исцеляя силой Панацеи. Тьфу, вот же грубые люди. Уже голуби им не нравятся, «летучие крысы» видите ли.
Хм. А ведь летающие крысы могли бы папе знатно так помочь в разведке. Решено. Сейчас за листами, как и просил папа, а затем сразу же домой — экспериментировать. Уже сходу я могу придумать несколько способов применения «юнитов» воздушной разведки, так что вперед.
Сказано, сделано и уже через полчаса я забурилась в подвал к папиным крысам. К сожалению из-за ограниченности доставшейся мне версии сил Панацеи и слабого понимания, а что вообще хочу сделать кроме крыльев, первые жертвы моего энтузиазма были абсолютно нежизнеспособны. Пришлось поумерить пыл, включить Понимание Основ и по памяти восстановить строение крыльев голубя, а затем найти в интернете и наглядно изучить таковое же у летучих мышей и хищных видов птиц, после чего вернуться к экспериментам. К счастью, или к сожалению, но у меня не хватает опыта и сил, чтобы вот прямо с нуля из доступных материалов вылепить жизнеспособный организм, способный конкурировать с теми, что породила природа. Более того, все мои предыдущие опыты ограничивались лишь усилением того, что было, а не созданием нового, что еще больше усложняет задачу.
С одним только выбором формы, я знатно намучилась, пытаясь привить наземным грызунам аэродинамические качества, но при этом не делать новые конечности настолько массивными и с настолько большим размахом самих крыльев, что ими можно будет обернуть всё тело. В идеале хотелось создать быстрого и выносливого разведчика, сохранив главное достоинство крыс — их незаметность. Всё же крысы размером с овчарку и размахом крыльев в три-пять метров если чем и могут являться, то точно не разведчиками, да и для атакующей силы они не слишком годятся. Люди мало обращают внимания на грызунов, особенно в Броктон-Бей, где их довольно много, за что человечество один раз уже поплатилось. Черная смерть унесла десятки миллионов жизней и если бы передо мной стояла задача уничтожить родной город, то лучшего средства, нежели эпидемия, было сложно найти. К счастью этого не требовалось. Так что уже после первого относительно удачного (причем относительно — главное слово) опыта, я свернула все эксперименты слишком далеко ушедшие от основной концепции «летающих крыс».
