— Помнишь тех мутантов из Барыг? — ответила я вопросом на вопрос, от чего он едва заметно вздрогнул. Если даже Страшилу проняло, то что говорить про обычных людей? — Так вот, эти маленькие таблеточки, — подняла я пластину с «лекарством». — Делают из человека такого же неадекватного урода, но уже без мутаций. Ты же понимаешь, чем это грозит?
— Развал Профсоюза, — высказал он вслух тяготившие меня мысли. Уже после первых же моих слов наблюдавший за нами через офицера папа был настороже, но сейчас… Сейчас он едва сдерживался, чтобы прямо здесь не пустить их на корм крысам. И сдерживался, боюсь, он только потому, что тем самым устранит только исполнителей, но никак не источник таблеток или тем паче заказчика.
— Верно, — кивнула я, схватив за череп ублюдка. — Отвечай, кто спонсирует вас? Откуда берете таблетки? Кто отдает приказы? Живо! — буквально концентрированная сыворотка правды бежала по его венам, так что, если хоть что-то знает — обязательно расскажет.
К сожалению, главный в этой банде благополучно издох еще от ножа Страшилы, так что пришлось допрашивать каждого из них, хоть это и негативно сказалось на здоровье самих допрашиваемых… В смысле, хуже, чем уже было. Перед лицом такой угрозы у меня не было времени миндальничать, так что уже очень скоро я знала то же, что и они. Лекарства через третьи руки наркокурьеры получали из аптек на территории Империи, после чего их свозили сюда, собираясь мелкими партиями в виде контрабанды распространять по территории Профсоюза. Ни про какие модификации в таблетках они и знать не знали, искренне уверенные, что просто приторговывают краденным. Учитывая, что это лекарства довольно распространенные и должны быть почти в каждой аптечке, можно было не сомневаться, что они вскоре попали бы в организмы докеров или их семей. Очередные пешки мнящего себя королем ублюдка. Кто бы ни придумал эту схему, знай — лучше тебе сдохнуть сейчас, нежели попасть в мои руки. Я хоть и не люблю излишнюю жестокость, но такие, как он, меня просто вынуждают.
— Страшила, — в этот раз моим голосом можно было замораживать воду без всяких суперсил. — Я уже вызвала докеров. Когда прибудут, сообщи им всё, что узнал об этом «лекарстве», — пусть сожгут. Что делать с исполнителями пусть сами решают. Я же сейчас пройдусь по этим «аптекам»… — Не хотелось бросать его одного, на, по сути, первом командном выходе, но информация, полученная от этих наркокурьеров, требовала тщательнейшей проверки и разбирательства. Причем быстро, пока известие о задержании этих уродов не успело распространиться.
— Понял, — снова кивнул Страшила. Иногда его немногословность и исполнительность были буквально неоценимы.
Немного ранее Трещина.
Смотря в спину уходящей целительнице и не только (насколько это самое не только, смог убедить если не всех, то очень многих на своём примере Кайзер, решивший, что правила не для него), профессиональная наемница не могла не задаться вопросом, правильно ли она поступила настолько завысив цену? По всему выходило, что нет, но и вариантов у неё было не сказать чтобы много. Да и сама ситуация была откровенно дерьмовой. Через анонимных информаторов пришло известие о том, что Мясник 14 начал искать себе новое тело и выбрал для этого Азуру, а где этот псих, там и Зубы. Такие же отбитые и такие же кровожадные. Естественно наемница сразу же напрягла своих знакомых в Бостоне и Нью-Йорке, дабы подтвердить или опровергнуть данную информацию и как назло, она оказалась верна.
Мясник со своей бандой и вправду выехали в сторону Броктона, а это значило только одно: целительница в любом случае исчезнет. Против Мясника, как и против Губителя бесполезно придумывать новые тактики, бесполезно сражаться, можно только отступать! Не важно, кто ты, не важно, какая у тебя сила, если ты стал целью Мясника, значит ты уже труп. Против него можно только бежать, ведь даже если сможешь его прикончить, то просто станешь следующим Мясником. Всё. Иного не дано. Много героев думало, что сможет остановить зверства этого паразлодея, но где они теперь? Либо трупы, либо сами стали новыми телами психа, пока СКП не поняли одну простую истину — нельзя убивать Мясника. Ни в коем случае и ни при каких обстоятельствах. И сейчас он снова нацелился на Броктон.
