Время и приблизительный район падения были известны. В район полюса вылетели три дирижабля ДРЛО и два самолёта Ан-12, оснащённые системой беспосадочного подхвата — такое название (СБП-1) она получила в советских ВВС (АИ. Возможно, у нас и есть такая система. Если есть, то вероятно, засекречена намертво. Я описывал устройство по американским данным). Капсулу засекли радиолокаторами ещё до входа в плотные слои атмосферы, рассчитали траекторию и вели до момента подхвата, наводя на неё Ан-12. Подхват прошёл удачно, и советская разведка передала Сергею Павловичу американский «презент».
Наши учёные получили образцы применяемого американцами алюминия, теплозащитных материалов, плёнки, даже строп и парашютного шёлка. Американцы о перехвате капсулы советской разведкой узнали только через 50 лет. (АИ)
Запуски по программе «Corona» продолжались, но удача надолго отвернулась от NASA. 3 июня 1959 года был запущен «Дискаверер-3». После зажигания второй ступени — «Аджена» — телеметрический контакт с аппаратом был потерян. Причины выяснить не удалось, спутник на орбиту не вышел.
Запущенный 25 июня «Дискаверер-4» также не смог достичь орбиты — вторая ступень не обеспечила заданного ускорения.
Запуск «Дискаверер-5» 13 августа был значительно более успешным. Спутник вышел на орбиту и отработал полные сутки. 14 августа капсула сошла с орбиты и приводнилась в Тихом океане. Казалось бы, всё прошло как по маслу. Но... радиомаяк капсулы неожиданно замолчал, и найти её в море не удалось.
Американцы упорно продолжали попытки. 19 августа они запустили «Дискаверер-6». Спутник нормально отработал орбитальную программу, но из-за сбоя в работе тормозной двигательной установки при сходе с орбиты капсула с отснятой плёнкой была потеряна.
Ещё два запуска 1959 года по программе «Corona» — «Дискаверер-7 и -8» состоялись 7 и 20 ноября. «Дискаверер-7» потерпел аварию на орбите — из-за отказа источника питания система ориентации не смогла стабилизировать спутник, и он начал кувыркаться. О каком-либо выполнении программы не было и речи. Восьмой «Дискаверер» отработал штатно, но парашют капсулы во время снижения в атмосфере не раскрылся, капсула упала в море вне заранее определённой зоны поиска, и, вероятно, затонула, т. к. найти её не удалось.
17 февраля 1959 года был запущен «Авангард-2» — метеоспутник для исследования облачного покрова. Он нёс два маленьких телескопа, 2 фотоэлемента, 2 передатчика. Запуск оказался неудачным — спутник закрутило, из-за чего данные, поступавшие с него, не имели никакой практической ценности.
По другим программам у США наметился прогресс. 3 марта ракета «Юнона-2» вывела на траекторию к Луне спутник «Пионер-4». На нём был счётчик Гейгера и фотоэлектрический датчик для фотографирования лунной поверхности — фактически это был первый спутник, оснащённый твердотельной фотоаппаратурой. 4 марта он пролетел мимо Луны на расстоянии в 60 тысяч километров. Чувствительность фотодатчика оказалась слишком низкой, чтобы получить хоть какое-то изображение. Зато счётчик Гейгера показал, что какой-либо радиации в окрестностях Луны нет. Это были весьма важные данные для выполнения будущих полётов к Луне.
«Авангард-3», оснащённый магнитометром для измерения магнитного поля Земли и ионизационной камерой для регистрации космической радиации, был запущен 18 сентября. Он не смог отделиться от 3-й ступени носителя, но проработал 84 дня, передавая данные. Он всё ещё находится на орбите, уже в нерабочем состоянии.
Наконец, 13 октября был запущен «Эксплорер-7». По его периметру были расположены пять болометров для измерения теплового излучения Солнца и три датчика микрометеоритов. В верхнем конусе на противоположных сторонах находились детекторы альфа-частиц и рентгеновских лучей. На самом верху располагался счётчик Гейгера.
Этот запуск, на ракете «Юнона-2», оказался самым удачным. Спутник непрерывно передавал данные до февраля 1961 года, а с перерывами проработал до 24 августа.
Хрущёв был информирован разведкой о «выдающихся успехах» американской космической программы, однако понимал, что такое положение будет существовать не всегда. Обсуждая с Королёвым итоги запусков весны и лета 1959 года, он напомнил:
— Сергей Палыч, американцы форсируют фоторазведку. А у нас ещё и конь не валялся. Надо бы нам как-то этот вопрос ускорить.
— Да конь-то у нас валяется, только встать пока не может, — ответил Королев. — Вот у меня как раз мысль появилась, хочу посоветоваться.
Он расстелил на столе лист ватмана. На нём были в цвете изображены контуры нескольких космических кораблей. Взгляд Первого секретаря выхватил знакомый уже кургузый силуэт 1К «Север», и контур «Союза» с его характерной осиной талией стыковочного узла между спускаемым аппаратом и орбитальным отсеком.
— Вот это — наш будущий «Север», — Королёв указал на первый рисунок. — Вот это — «Союз» из «той» истории. Вот это — «Прогресс», грузовик на базе «Союза». Вот это — капсула «Радуга», которая опять же в той истории, применялась для сброса фотоплёнки.
