— Вот и я так думаю. Но есть проблема. Военно-промышленный комплекс, — Эйзенхауэр вздохнул. — Корпорации ни за что не позволят мне этого. Они присосались к бюджету, как жирные пиявки, и сосут его, не переставая. Если не бросить им такую же жирную кость вместо военных заказов, они разорвут и меня, и любого, кто встанет у них на пути...
В дальней комнатке в восточном крыле Белого Дома два человека неприметной наружности, в одинаковых недорогих костюмах и больших наушниках сидели за столом напротив друг друга, напряжённо вслушиваясь в слова президента. Перед ними на столе стоял магнитофон с большими катушками магнитной ленты. Катушки медленно вращались.
— Что скажешь, Дик? — шёпотом произнёс один из них.
— Директор Даллес будет прыгать до потолка, когда это получит...
Следующим пунктом назначения в поездке Первого секретаря по Америке был Лос-Анжелес. Американцы очень не хотели, чтобы советские самолеты летали над США, как, впрочем, и мы не хотели разрешать им летать над Советским Союзом. Поэтому Никсона возили в Новосибирск и Ленинград на Ту-104, а Никите Сергеевичу для путешествия по США американская сторона предоставила реактивный самолет «Боинг-707». Ещё в двух таких же «Боингах» летели сопровождающие его лица и американские репортёры. Перелет от Нью-Йорка до Лос-Анжелеса занял шесть часов.
В двенадцать часов девять минут дня по местному времени «Боинг» приземлился в аэропорту Лос-Анжелеса. У трапа Никиту Сергеевича встретил мэр города Норрис Поулсон. Прямо из аэропорта Хрущёва отвезли в Голливуд, на киностудию «XX Сentury Fox», где известнейшие американские режиссеры, актёры и музыканты Голливуда ждали Первого секретаря ЦК КПСС на торжественный завтрак.
Странности начались сразу после прилёта. Машины на большой скорости ехали по окраинам, потом вдруг выскочили за город и начали петлять по горной дороге, затем повернули обратно. Колонна более чем из 30 автомобилей ехала совсем не по тому маршруту, что был объявлен заранее. Кому-то явно не хотелось, чтобы Хрущёва встречали жители Лос-Анжелеса. И всё же у ворот крупнейшей американской киностудии машину Первого секретаря встретила толпа голливудских актёров и работников киноиндустрии, желающих поприветствовать его. После традиционной «минуты фотографирования» Никита Сергеевич, в сопровождении президента американской кинокорпорации Эрика Джонстона и хозяина студии «XX Сentury Fox» Спироса П. Скураса, появился в зале «Кафе де Пари», встреченный аплодисментами собравшихся.
Радио Лос-Анжелеса назвало этот прием в Голливуде «самым большим в истории Америки собранием звезд». Оно сообщало своим слушателям, что даже Мэрилин Монро пришла на встречу за час до начала. Как объяснили членам советской делегации, популярнейшая киноактриса была знаменита своими вечными опозданиями даже на самые важные приемы. В зале также присутствовали Кирк Дуглас, Фрэнк Синатра, Гарри Купер, Элизабет Тейлор, Глэн Форд, Ким Новак, Морис Шевалье, Луи Журден и сотни других кинозвезд.
Никита Сергеевич выступил перед ними с речью, в которой обрисовал положение людей искусства в СССР, и те условия, что предоставляет им для творчества советское общество, как обычно, приводил множество примеров. Незадолго до начала визита в США побывали на гастролях балет Большого театра, ансамбль Игоря Моисеева, ансамбль «Березка», выступали с концертами Дмитрий Шостакович и Давид Ойстрах. Поэтому американцы могли судить о советском искусстве не только из речи Хрущёва. Он обратился к залу:
— А кое-кто в вашей стране до сих пор бубнит, будто в Советском Союзе люди находятся чуть ли не в рабстве. Да какой же это рабский строй? Разве может рабский строй обеспечить такой небывалый расцвет науки и искусства, какой мы имеем в нашей стране?
В подтверждение своих слов Никита Сергеевич привёл историческую параллель:
— Культура Рима, как и культура Греции, уважаемый г-н Скурас, погибла потому, что эта культура была создана на рабском труде, который сковывал силы, волю, свободу людей. Наука и искусство могут добиться полного расцвета только при самой широчайшей свободе личности и свободе общества.
Затем Никиту Сергеевича и сопровождавших его членов советской делегации проводили в один из съёмочных павильонов, где показали съёмку эпизода для фильма «Канкан». Это и был тот самый, нашумевший затем в прессе момент с танцем. Актриса Ширли Маклейн, танцевавшая главную партию, обратилась к Никите Сергеевичу с тёплыми словами приветствия на русском языке: она пожелала ему успеха во время поездки и говорила, что американские киноактеры были счастливы увидеть и услышать советского лидера:
— Я молюсь о том, — сказала актриса, — чтобы наши народы жили в дружбе, чтобы все было так, как поётся в одной из песен, которая исполняется в этом фильме: «Живи и жить давай другим». (Цитата по воспоминаниям В.М. Суходрева http://bulvar.com.ua/gazeta/archive/s47_65042/7172.html Ширли Маклейн приветствует Н.С. Хрущёва в Голливуде. Фото http://ievon.livejournal.com/521588.html)
