— Мне представляется желательным построить отдельный, не подключенный к Единой энергосистеме ВЭС исследовательский центр в относительно малонаселённом районе, где-нибудь на Севере, — начал академик. — Там можно было бы строить реакторы, так сказать, промежуточного размера. Не совсем малые опытные, но и не полноразмерные. От масштаба в нашем деле многое зависит. Расположение тщательно выбрать, исходя из направления господствующих ветров, но в целом я бы предложил Северо-Восточную Сибирь. Там можно было бы проводить эксперименты, которые мы не рискуем устраивать в более населённых районах.
Строить там по одному реактору разных типов, а вырабатываемую электроэнергию можно использовать для питания, например, Норильска, Тикси, Игарки, если до этих городов ЛЭП дотянуть. А также для снабжения энергией военных объектов. РЛС дальнего обнаружения, например.
— Идея интересная, — задумался Хрущёв. — Анатолий Петрович, думаю, надо этот вопрос всесторонне проработать. Сначала, конечно, напрашивается ещё одну площадку в Озёрске построить, но там военное производство, а вы хотите эксперименты проводить. Лучше рисковать не будем.
— Никита Сергеич, давайте, мы ещё сами подумаем, и, если такое строительство будет признано целесообразным, выйдем с эскизным проектом на НТС СССР, — предложил Александров.
— Годится. Ещё у вас какие новости?
— Построен малый прототип высокотемпературного газоохлаждаемого реактора для выработки водорода, — ответил Лейпунский. — Промышленный реактор планируем строить в районе Байконура, для получения больших количеств водорода. В ближайшем будущем ракетчикам водорода много понадобится.
(Имеется в виду аналог проекта МГР-Т)
— Газоохлаждаемого? Не реактора-ускорителя, а обычного, критического? — уточнил Хрущёв.
— Да, это новая, весьма перспективная концепция, — пояснил Лейпунский.
— Ну, не такая уж и новая, использовать в реакторе гелий в качестве теплоносителя ещё в 1947 году предлагали Фейнберг и Фурсов, — заметил Александров. — В Англии используются газоохлаждаемые реакторы Magnox, и строится более совершенный реактор AGR. Реакторы Magnox, конечно, пока далеки от совершенства…
— А ваш? Поподробнее расскажите, — попросил Первый секретарь.
— Прежде всего, это графитовый реактор, но у него совершенно другая конструкция, обеспечивающая повышенную безопасность. Он работает на микрочастицах топлива — оксида и карбида урана, либо оксида плутония, «закатанных» в графитовую оболочку и «замешанных» внутри графитовой матрицы — небольших графитовых стерженьков, которые уже собираются в тепловыделяющие сборки, — пояснил Лейпунский. — Такой реактор имеет малую плотность энергии, что исключает плавление активной зоны в случае тяжелых аварий реактивностного типа и при потере теплоносителя. Свойства безопасности и конструкционные характеристики делают реактор устойчивым к ошибкам оператора.
— Александр Ильич имеет в виду, что если обычный графитовый реактор имеет свойство разгоняться при повышении температуры, при появлении в активной зоне пара, при снижении плотности теплоносителя, например, от высокой температуры, что и делает его крайне опасным в эксплуатации, то газовый реактор, работающий на микрочастицах топлива, от этих недостатков свободен, — растолковал Александров, видя, как нахмурился было Хрущёв, услышав про графит в реакторе. — По безопасности такой реактор, пожалуй, даже превосходит реакторы ВВЭР.
— Как это? — удивился Никита Сергеевич.
— ВВЭР «глохнет» при появлении пара в активной зоне, при повышении температуры теплоносителя, и при снижении его плотности, обычно — тоже в результате повышения температуры, — пояснил Доллежаль. — Но если подача теплоносителя нарушилась, активная зона реактора ВВЭР может расплавиться из-за большого количества остаточного тепла. Остывает она медленно, и всё это время реактор нужно охлаждать водой. К тому же в случае перегрева водяной пар при температуре 861 градус Цельсия вступает в реакцию с циркониевой оболочкой ТВЭЛов. При этом выделяется водород. Он скапливается под бетонным колпаком, и может неплохо так бабахнуть.
(Сравнение водно-графитовых и водо-водяных реакторов по. И.Н.Бекман. Ядерная индустрия. Лекция 13. Современные ядерные реакторы России)
— Эксплуатация атомного реактора — вообще дело достаточно опасное, требует высокой степени подготовки и строжайшей дисциплины, как говорил капитан, — усмехнулся Александров.
— Какой капитан? — удивился Хрущёв.
— Я вам потом расскажу, — академик улыбнулся. — Александр Ильич, про «всеядность» по топливу ещё не забудьте.
Да! — кивнул Лейпунский. — В реакторе можно использовать различные варианты ядерного топливного цикла — уран, плутоний, торий. Эффективное использование топлива обеспечивается в цикле с его однократным прохождением через реактор без необходимости переработки и повторного использования.
