Некоторое недоверие у населения вызывала «белковая зернистая икра», особенно — чёрная. В народе поначалу появились дикие слухи, что её делают из выковырянных рыбьих глаз, вымоченных в нефти! (Такой слух реально был. Вот как это должно выглядеть? Сидят тысячи людей и у свежепойманной рыбы глаза выковыривают? М-да… Отожгли) По мере совершенствования технологии икра перестала прыгать по столу, да и вкус удалось достаточно приблизить к натуральному (АИ, насколько знаю, на вкус до сих пор ещё отличается, впрочем, капиталисты сейчас такими мелочами не заморачиваются, «быдло сожрёт»).
Искусственным выращиванием мяса и вакуумной обработкой грибов предсказуемо заинтересовались специалисты Главкосмоса и Института космической биологии и медицины. Будущие космические форпосты человечества — орбитальные станции, тяжёлый межпланетный корабль и лунную базу необходимо было обеспечить автономным источником продуктов питания для экипажей. Весьма неприхотливые и быстро растущие грибы были одним из наиболее перспективных направлений исследований, но их питательность оставляла желать много лучшего.
По мере расширения производства и наращивания объёмов, ввода в эксплуатацию новых цехов и производств, себестоимость снизилась до приемлемой, а питательность и вкусовые качества у новых продуктов были достаточно хороши изначально. Особенно пригодились искусственные продукты в дальнейшем, для организации поставок продовольствия в Африку.
— Советский народ мы всё же постараемся кормить натуральными продуктами, — заявил Хрущёв на очередном пленуме. — Но случаи всякие бывают, мы должны быть готовы к любому развитию событий. Хватит уже зависеть от капризов и милостей природы! Мало, что ли, русских крестьян вымерло от голода, и при царе, и в начале 30-х, и в 46-м году? С новыми технологиями в пищевой промышленности, пусть даже случится неурожай или засуха, мы сможем пережить год-два, лишь немного изменив структуру питания населения.
Первый секретарь встретился также с заведующим кафедрой генетики и селекции ЛГУ профессором Лобашёвым. Михаил Ефимович рассказал ему о проблемах и успехах современной генетики:
— Пока что мы находимся в самом начале исследований. Из ВИМИ нам передали очень интересные сведения о передовых технологиях, но пока не хватает качественных приборов и достаточно чистых реактивов для проведения исследований. Для проведения генетических анализов очень нужны ЭВМ, без них расшифровка генома даже бактерий или простейших — практически нереальное занятие.
— А на Западе что-то из приборов и реактивов закупить можно? — спросил Никита Сергеевич.
— Кое-что можно, — ответил Лобашёв, — но если мы хотим быть лидерами в этой области, а мы можем, информация и наработки у нас уже есть, и очень перспективные, нам надо налаживать собственное производство, и особо чистых реактивов, и приборов. Пока что мы хотя и не сидим на голодном пайке, но сроки поставки импортной химии и её цена слишком большие, а многих необходимых приборов не существует и на Западе, есть только патенты и концепты.
Если в ближайшее время наша отрасль получит необходимые приборы и реактивы, ЭВМ для расшифровки структуры молекул ДНК, то где-нибудь к 1975 году мы получим первые результаты по геному сине-зелёных водорослей и бактерий-экстремофилов, а ещё лет через 15–20 сможем начать эксперименты с изменением их ДНК и комбинированием генетических признаков. А также начать работу по расшифровке генома человека, это очень важно для лечения многих тяжёлых заболеваний, которые сейчас мы лечить не умеем.
— Понятно, — Первый секретарь помолчал, прикидывая возможности. — По поводу реактивов указания академику Семёнову я дам. В ЦК он курирует химию, обратитесь к нему, определитесь, какие реактивы нужны, а дальше я буду продавливать их производство через Госплан. По приборостроению подключим НИИ и ВУЗы, вроде ЛИТМО, и другие, а также Красногорский оптический и Златоустовский часовой заводы, там умеют делать точные механизмы. Насчёт ЭВМ разговор отдельный, дам задание академику Лебедеву, но вам придётся подобрать людей со своей стороны, чтобы они работали совместно с программистами и объясняли им, что делать и как это должно работать.
— Людей обеспечим, — ответил профессор. — У меня на кафедре есть талантливая молодёжь, ребята любят научную работу и хотят ею заниматься, нужно только создать им условия.
— Работа это важная, прежде всего с медицинской точки зрения, — согласился Хрущёв. — Осваивать её надо, и на западные поставки рассчитывать нечего. Но вам придётся плотно сотрудничать со смежными отраслями — химиками, приборостроителями, даже с внешней разведкой, чтобы объяснить им, что вам требуется, что нужно создавать, и какие технологии добывать за границей.
