Дорн по своей природе очень сильно отличался от остальных восьми областей и это очень сильно касалось его кухни. Большинство блюд были очень острыми и больше походили на блюда земного Ближнего Востока, чем средневековой Европы. Фаршированные бараниной виноградные листья, утка в лимонном соусе, торетелли с пряной свининой, каплун с грецкими орехами, дорнийский угорь в мятном соусе… Все эти блюда вряд ли можно было встретить Европе в 14–15 веке. И нельзя забывать про вино — арборское золотое, местное красное, летнийское зеленое, белое вино из Долины. Я даже вывернулся и достал из Тироша редкий грушевый бренди, который тамошние мастера делают всего несколько десятков бочек в год.
Подготовился на славу.
Хотя мне такая еда не очень нравилась. Тот же каплун, на который с таким остервенением набросились дорнийцы. Приготовленный в 23 этапа, он мало того что до безумия дорогой, так еще и со слабо выраженным вкусом, после 22 этапов издевательств. Но это аристократия — тут нужно отличаться от простолюдинов. Если бы к столу подали простой кебаб, так популярный у простых людей в Дорне, меня бы не поняли.
Для меня же свадьба была еще и удачным шансом — редко можно было увидеть столько лордов в одном месте. С каждым из них нужно было познакомиться, поговорить и заключить некоторые соглашения.
Так, незаметно, для меня пир превратился вместо отдыха в одну сплошную беготню, когда нужно было ходить между лордами и пытаться мало того оставить о себе хорошее мнение, так еще и заключить несколько договоров.
Тот же разговор с лордами Фаулерами и Айронвудами вытянул из меня все соки.
От Фаулеров мне нужны были саженцы фруктовых деревьев, чтобы создать в долине свои сады, обеспечивающие населения продовольствием и некоторые предприятия сырьем. Договорились на покупку в несколько партий, с первой, самой маленькой, в 200 000 саженцев.
— Но почему именно у меня? — Спрашивал под конец беседы лорд Франклин, выпивая очередной глоток зеленого Летнийского вина. Среднего роста, с орлиным носом и русыми волосами, с легкой проседью, он очень напоминал гербовое животное своего дома, из-за чего большинство лордов называло его очень просто — Ястреб. — Лорд Темпер, вы известны своей деловой хваткой и умением добывать и тратить деньги. Не сомневаюсь, в покупке саженцев есть какой-то подвох, о котором я не знаю. Не поделитесь?
— Его нет, лорд Фаулер. — Ответил я и, видя недоверчивый лукавый взгляд, продолжил. — Я мог бы купить все это у Мерривезеров, Каронов или Тиреллов, но это было бы пустой тратой денег.
На его заинтересованный взгляд я сказал лишь одно слово.
— Почвы. — И видя понимание в глазах собеседника, а заодно и обладателя одних из самых больших и крупных садов во всем Дорне (наравне с Дейнами), я продолжил. — Мои земли бедны на воду и очень каменисты. Нежные растения просторских равнин здесь просто не приживутся. Так что пришлось идти к вам, как к обладателю лучших фруктовых садов во всем Вестеросе.
Оставив ястреба наслаждаться такой небольшой лестью, умолчав, что имел такой же разговор с Альтримом Дейном и Виландом Вилем, я отправился к следующей цели.
Айронвудам.
С ними было и тяжелей, и легче одновременно. Ормунд Айронвуд был тем еще бараном, зацикленным на том, чтобы получить виру с Оберина за убийство его отца. И я, тот, кто пять лет назад помог дорнийскому принцу сбежать в Эссос, ему не очень нравился. С другой стороны, он оказался намного практичней лордов Фаулеров, Вилей, Блэкмонтов и остальных, сразу согласившись на мою просьбу. От дома Железного Леса мне нужны были корабли сопровождения, для охраны моих судов. Может благодаря оборотням риск встретиться с пиратами и стал низким, но береженного Боги берегут. При условии, что большинство товаров, которыми я торгую, очень дорогие, потеря одного судна может стать очень неприятным уколом.
В итоге весь Великий чертог мог полчаса наблюдать картину, как два упертых барана торгуются за каждый медяк, не желая уступать ни монетки.
Но были и приятные моменты.
Эйлис, моё сокровище, грациозно кружила по всему чертогу, одни своим присутствием останавливая драки и повышая окружающим настроение, под конец вечера, когда я закончил все дела, почти не отходила от меня. Подливала вина, давала самый вкусный кусочек пирога, ласково гладила по голове… делала все, чтобы этот вечер окончился на приятной ноте.
Очень интересная беседа вышла с принцем Рейгаром. Наследник престола оказался очень начитанным и мягким человеком, стараясь общаться с собеседником на равных, а не с позиции сюзерен-вассал. Темой нашей беседы стал его прадед Эйгон V Невероятный и его жизнь. Сам принц рассказывал как в детстве хотел повторить подвиг своего прадеда и на время стать «вторым яйцом, из которого вылупится дракон, но два старых чурбана ему помешали». В этот момент он так выразительно посмотрел на Барристана, сидящего на соседнем кресле, что тот даже немного смутился.
