– Я Ибик из Приена, – представился он тонким дрожащим голосом, не вязавшимся с его коренастой фигурой и могучими мускулами. – Я механик и как механик вижу два способа понизить уровень земли или, напротив, повысить его. Надо построить дамбы или выкопать огромные водохранилища. А может быть, то и другое одновременно.
– В теории это правильно, но успеем ли мы сделать это на практике? – подал голос другой ученый. – Для таких работ потребовалось бы народу побольше, чем для строительства пирамид! Ведь длина Нила – сотни миль!
– В большинстве селений уже есть ирригационные каналы и бассейны. Наверное, каждая деревня может расширить собственные водохранилища, это не такая уж циклопическая задача, – сказала я. – А вот насчет строительства дамбы – это возможно?
– Нет, – ответил другой механик. – Нил слишком широк, чтобы перегородить его дамбой, и течение слишком сильное.
Он несколько раз моргнул, словно в подтверждение своих слов.
– Что ж, ладно. – Я решила, что тема исчерпана и мы вряд ли сможем воспрепятствовать разливу. – Что именно произойдет во время наводнения? Кто из присутствующих скажет, чего нам следует ожидать?
Теперь вперед выступил настоящий гигант, человек-гора.
– Я Телесикл, – представился он. – Я родом из долины Евфрата, где наводнения – дело обычное. Эпос о Гильгамеше повествует о самом страшном из них. Тогда ради спасения пришлось построить гигантское судно высотой в шесть этажей.
Только лишь проблеск рассвета забрезжил, как черная туча В небе явилась, и бог громовой громыхал в ее чреве. Ярость его достигала высоких небес, свет во тьму обращая. Землю шесть дней и ночей пустошил он водою и бурей.
Великан нараспев произнес эти стихи.
Мы растерянно воззрились на огромный живот, колыхавшийся, как помянутая им грозовая туча.
– У иудеев в священных книгах Моисея тоже описывается потоп, – поддержал его кто-то из собравшихся. – Средством спасения тоже послужил корабль.
– Мы не собираемся строить лодки или ковчеги для жителей Египта, – сказала я. – В конце концов, никакой разлив не накроет всю сушу. Меня интересуют не поэтические описания наводнений, но их реальные последствия. Когда Ной сошел с ковчега на берег, все на земле было разрушено. А что произойдет с нами?
Телесикл зловеще продекламировал:
– Что за вздор? – послышался чей-то визгливый голос. – Царица собрала нас не для чтения стихов, а ради практических советов. Могу поручиться, что в глину никто здесь не обратится, а земля в Египте и так плоская, как крыша. Успокойся, глупец!
– Если позволите. – Вперед выступил человек с ястребиным носом, морщинистый, но не такой уж старый, ибо волосы его оставались темными и довольно густыми. – Я Алкей из Афин, механик, интересующийся историей. В Египте работаю давно, успел познакомиться с тем, что происходит в сельской местности при слишком сильных половодьях.
Он выдержал паузу, огляделся по сторонам, а когда понял, что никто не оспаривает его компетентность, продолжил:
– По-настоящему опасные наводнения случаются редко, тем не менее они и их последствия сохранились в людской памяти. Прежде всего, скажите мне: что происходит, когда волны обрушиваются на берег моря?
Никто не ответил.
– Ну? Ну? Неужели никому из вас ни разу не случалось прогуляться по пляжу во время прибоя? Никто не бывал в Иудее? Ну и домоседы! Ладно, скажу за вас: вода разравнивает песок, разрушая все, что из него сделано. Детишки строят из песка домики, крепости – раз, и все они смыты волнами! Но, увы, строения из песка возводят не только дети. Какой строительный материал в ходу в египетских деревнях? Правильно – необожженные глиняные кирпичи, высушенные на солнце. А что происходит, когда такой кирпич пропитывается влагой? – Механик указал на лохань с водой, словно в расчете на эту демонстрацию стоявшую рядом с загадочным растением, и бросил туда глиняный кирпич. – Видите? Смотрите внимательнее. Через час-другой этот кирпич превратится в ком глины.
Поскольку при падении кирпича в воду во все стороны полетели брызги, ученые мужи, морщась, подобрали полы своих одеяний.
– Неужели обязательно быть таким грубым? – спросил один из них.
– Я сделал это для наглядности, чтобы до вас дошло. Здания размокнут и обрушатся. Но если заранее выстроить новые за пределами досягаемости разливающихся вод, ущерб будет не столь уж велик. И расходы тоже, благо глина есть повсюду. Главное, у нас есть время подготовиться. В отличие от словесных потоков, вода в половодье прибывает постепенно.
Он выдержал паузу, прошелся взад-вперед перед слушателями и продолжил:
– Но это еще не все. Разлившаяся вода застаивается, а застойная вода сильно отличается от проточной.
«Да, – подумала я, – подать себя этот человек умеет. Хотя можно было бы изложить все и без выкрутасов».
