Ну да, зря я одного только волка загипнотизировал. Пришлось усыпить и зайца. Тот замер в позе бакасана — это когда стоят на руках, то есть здесь, конечно, на передних лапах, а ноги оторваны от земли и на весу коленями упираются в предплечья. То есть стоп-кадр такой взбесившейся лягушки в момент прыжка, которой пришла идея нарядиться в шкуру зайца.
Тут же из чащи выскочили более мелкие зверушки: белки, ёжики и даже мыши. Ну, как мелкие… Просто несколько мельче тех, что дрались. А так-то белка была величиной с овчарку, а мышь мало уступала земной лисице. И вся эта свора, голов, наверное, пятнадцать, накинулась на замершую парочку, тут же разобрав их на запчасти в течение минуты.
Ну, нет уж! Усыпил и их. Короче, коммунизма в этом мире не достичь. Даже если перебить или лишить магии всех крупных монстров, им на смену тут же вылезут те, которые слабее и мельче. И уже они займут их места и станут терроризировать остальных, тех, кто слабее. Таков закон природы, который я только что выявил на практике. Собственно, и в человечьем мире это правило работает, но сейчас нет времени пространно рассуждать. Дело надо делать.
Я слез с дерева и приступил. Гномы суетились рядом. Пока я собирал камушки у зверушек, лилипуты свежевали мясо. На «гранатки» и «апельсинчики» никто из коротышек не претендовал, понимали, видно, что их роль в процессе была минимальной, значит, и артефакты мои. Хотя так охотиться, с зоогипнозом, было намного проще, чем вступать в открытый бой со зверюгой, находящейся в трезвом уме и твёрдой памяти.
И тут вдруг на поляне возник он. Менкв. О своём появлении монстр оповестил нас грозным то ли рыком, то ли рёвом. Мы все тут же занырнули в землю. Хорошо, что по моему настоянию главарь гномов выдал каждому охотнику артефакты с заклинаниями. Ну да, «гранаток» всем не хватило, но я научил коротышей записывать магические свойства на обычные предметы, например, на зубы убиенных монстров, которые карлики гордо носили на груди в виде ожерелий. Изнашиваются такие артефакты быстро, после единичного применения их надо будет менять, но лучше же так, чем совсем никак. Почему они раньше так не делали, у меня спрашивать не надо, я не знаю, но очень уж коротыши удивились, когда я им показал, как это можно легко сварганить.
Менкв, не зацикливаясь на том, что только что на его глазах исчезло столько вкусной и полезной пищи, бросился лопать на дармовщинку то, что имелось в наличии. Минут через пять к нему присоединилась и самка. Похоже, сегодня нашей добычей будут только камушки. Мяса, как ни грустно это сознавать, нам уже не урвать, поскольку желудки у этих менкв, похоже, бездонные.
Я всё-таки попытался воздействовать на монстров зоогипнозом. А вот фигвам, а не пуэбло! Те даже не почувствовали ничего. Значит, либо они не животные, а, типа, разумные (на гномов гипноз тоже не действовал, я проверил), либо просто мой уровень магии ниже, чем у них.
После того, как менквы нажрались, они удалились, рыгнув на прощание то ли каждый по разу, то ли кто-то один дважды. От этого звука почва несколько встрепыхнулась — я это, например, почувствовал, сидя в своей земляной норке. И по колебаниям понял, что оба монстра свалили.
Переждав минут десять, я вылез. На поляне не было абсолютно ничего: ни костей, ни шкур. Менквы даже окровавленную траву подъели, видимо, вместо гарнира. Просто голая земля была теперь вместо недавно зелёной лужайки. Вот это, я понимаю, аппетит!
На сим минорном аккорде наша охота закончилась. Мы поскакали домой — те, у кого артефакты с заклинанием «всадника ветра» были усилены «гранатками». Остальные, кто делал одноразки на обычных мышиных зубах, пошли своими ножками, потому что сделать дополнительно себе ещё по одному магическому артефакту никто из охотников не сообразил. Туповатые они, надо сказать, эти гномы. Как дети, право слово. Всему их учить надо, отслеживать, проверять: сделали, нет и как сделали.
«Трубочисты» расположились в гостинице, каждый получил отдельный номер. Правда, Роза пыталась заселиться с Тохой в один номер, но тот как-то строго посмотрел на неё (это Тоха-то — и строго! офигеть и не встать!!!) и пробормотал:
— Прости, Розка, мне сейчас надо побыть одному…
Со стороны было непонятно, обиделась девушка или такое поведение её бойфренда было нормой в их отношениях. Тем не менее Роза кивнула и почапала в свою комнату — Антон даже не помог ей доволочь вещи, так был погружён в себя.
Но Ваську-то так просто с пути не сбить. Бросив в своём номере рюкзак на кровать, она тут же пошла в комнату к Тохе. Вошла, даже не постучавшись. Прошла и села на кровать, стоящую напротив кресла, в котором сидел Тончик.
— Что? Говори.
Антон поднял на неё какой-то блуждающий взгляд.
— Аполлинарий… он совсем не поверил этой Ксении. И боится страшно, что она натворит чего-нибудь, из-за чего совершится непоправимая беда. Этого Семёна он видел, тот не мог стать монстром, каким его описывала деваха та. Аполлинарий же тоже немного менталист.
— И? — Ваську уже начала бесить медлительность товарища.
