С первыми лучами Сириуса, Кайнц начал поднимать людей. Это оказалось нетрудно. Все земляне были неизбалованны судьбой и могли довольствоваться малым. Они быстро вставали со своих лежаков, тут же собирая рюкзаки и готовя оружие. Не отставали от них и аланцы. Что бы наемники о них ни думали, но солдатами специалисты были неплохими. В плохой исполнительности их тоже обвинить никто не мог. Аланцы, все без исключения, беспрекословно выполняли приказы графа. Вместе с остальными поднялся и Бартон. У него был бледный вид, измученное лицо, но держался он здорово. Салан вколола ему стимулирующий наркотик, и Слим одной рукой собирал свои вещи.
— Как он? — негромко спросил Лунгрен у проходившего мимо Виолы.
— Могло быть лучше. Потеря крови дает себя знать. Однако путь сержант продолжит и обузой не станет, — ответил лейтенант.
Швед удовлетворенно кивнул головой. Между тем Кайнц дал на завтрак всего десять минут, и люди быстро принялись за еду. Именно в этот момент к Олесю подошла Кроул и как бы случайно уронила на землю куртку. Не привлекая внимания остальных, девушка тихо произнесла:
— Я не нуждаюсь в вашей помощи и попрошу в дальнейшем этого не делать. По-моему, все было доходчиво объяснено еще на «Гиганте»…
Храбров поднял голову, внимательно посмотрел в глаза Олис. Нет, она лжет. Той надменности и высокомерия больше нет. Аято прав — Кроул говорит не то, что думает. А может, он сам выдает желаемое за действительное? Русич улыбнулся своей наивности и начал одевать куртку. По всей видимости, девушка ждала каких-то оправданий, но Олесь молчал. Мало того, он улыбнулся, добродушно и весело.
— И все же, спасибо, — вымолвила Кроул более мягко, отходя в сторону.
Эту сцену заметили всего двое. Первым был Тино, но он наблюдал за аланкой, ожидая продолжения событий. Не слыша разговора, Аято, тем не менее, догадывался о его сути. Иронично усмехаясь, японец убрал в свой рюкзак сухой паек. Кто-кто, а он разбирался в таких делах и понимал чувства и мужчины, и женщины. Их влекло друг к другу нечто большее, чем физиологические потребности. Еще одним внимательным человеком оказалась Линда. Девушка сразу заметила на Олис чужую куртку и с интересом следила, кому она принадлежит. Ее догадка оказалась верна. И хотя Линду так и подмывало «уколоть» заносчивую Кроул, чувство такта ей не изменило. Боясь обидеть Олис, Салан сделала вид, что ничего не заметила.
Завтрак закончился, и группа готовилась к выходу. Впрочем, еще на пять минут они задержались из-за тапсанов. Всем хотелось посмотреть на этих хищников в утреннем свете. Заглянув в кусты, Ридле удивленно присвистнул:
— А эти звери особо не церемонятся, — проговорил он. — От наших первых гостей осталось не так уж много.
Земляне подошли к Освальду, внимательно рассматривая останки тапсанов. Их сородичи действительно поработали на славу. Обглоданные скелеты, куски грязно-голубой шерсти, да оскаленные, с острыми зубами черепа — вот и все, что осталось от двух прекрасных экземпляров хищников. Словно заправский охотник Кайнц склонился над тапсанами, пробуя их зубы сначала рукой, а затем кинжалом.
— Проклятье! — выругался он. — Острые и твердые, как стальной клинок. Это чудовище лучше любого палача перекусит человеку шею.
— А ведь именно туда он и метил, — догадался де Креньян. — Кисть, сволочь, перекусил, как соломинку. И меня это очень беспокоит. Тапсаны не побоялись ни огня, ни скопления людей, они нападали нагло, уверенно, не сомневаясь в успехе. Это приходит только с годами и опытом.
— Что ты хочешь этим сказать? — не понял Салах.
— Человек для них обычная пища. Они привыкли и научились убивать людей. Атакуют с нескольких сторон, застают врасплох и буквально вырезают весь лагерь. Похоже, в этом лесу царствуют тапсаны. Местные жители оказались слабы и не могут противостоять им. Иначе хищники действовали бы более осторожно.
— В моей стране тоже, бывало, львы нападали на людей, но чтобы так… Огонь, шум оружия — и звери в ужасе убегают от людей, — взволнованно и сбивчиво заговорил араб.
— Здесь, похоже, все наоборот, — усмехнулся Агадай.
Весь этот разговор внимательно слушали аланцы. Они тоже с чувством благоговейного ужаса рассматривали останки животных. В их мозгу с трудом укладывалось понимание того, что беззащитный домашний зверек превратился в очень опасного, серьезного врага. Заметив Олис, Ридле иронично произнес:
— Кроул, ваши предположения оказались верны. Это действительно тапсаны, за одним маленьким исключением — слегка подросли, зверюги…
— Я же сказала, за двести лет могут произойти любые мутации, — спокойно отреагировала девушка. — Не удивлюсь, если прочие обитатели Тасконы изменились столь же кардинально. Кое-какие экземпляры здесь и тогда достигали размеров вашей лошади.
— Ладно, хватит болтать, — прервал спор Кайнц. — У нас появилась еще одна проблема, которую мы должны обязательно обсудить. Принять решение один я не могу…
— А что еще случилось? — спросил Виола.
