Увидеть что? Она знала, что ей снова приснился триплекс в «Коммодоре», как она спускается на первый этаж, туда, где хранились книги. Но других деталей она не помнила… не было ничего, кроме желания вернуться в то место в своей голове, а также твердая убежденность, что кто-то, находящийся в смертельной опасности, нуждается в ее помощи, что она может защитить кого-то от…
Зла.
Когда в голове застучало в такт сердцебиению, Эрика посмотрела в сторону света, льющегося из открытой двери в ванную комнату. Дезориентация заставила ее гадать, где она находилась, хотя видела при этом свою раковину и приклеенный к зеркалу стикер-напоминание с надписью «Зубная Нить» ее кривым подчерком…
Звук был очень тихим, но в глухой тишине она уловила его даже несмотря на рев в ушах. Задержав дыхание, Эрика прислушалась.
А потом он повторился:
Снаружи ее комнаты, на лестнице.
Выбросив руку к прикроватной тумбочке, она рывком открыла ящик и достала свой девятимиллиметровый. Вскочив на ноги, Эрика сняла предохранитель и пошла вперед, держа пистолет перед собой. Она бесшумно на босых ногах ступала по ковровому покрытию, простиравшемуся от стены до стены, и на носочках приблизилась к закрытой двери. Прижавшись спиной к стене возле нее, она задержала дыхание во второй раз…
У нее нет животных. Нет парня. Вся семья — на кладбище.
Она не прятала запасную связку ключей под цветочным горшком на крыльце, а ее напарник, Трей, позвонил бы перед тем, как приехать.
Сигнализация также не сработала, а она по старой привычке включила ее сразу после своего возвращения.
Поступив на службу в убойный отдел, Эрика помогала сажать в тюрьму разного рода наркоторговцев, бандитов и социопатических монстров. Но она никогда не боялась. Она уже пережила незаконное проникновение в ее дом, в ходе которого должна была умереть. Но она никогда не боялась.
До этого момента.
Что-то было не так в таунхаусе. Что-то… было очень «не так»…
Кто-то, исправила она себя. Нужно говорить конкретней.
И, тем не менее, на фоне мистической подоплеки ее тревожного сна ее охватила паранойя, ее мозг стопорился на вещах, о которых думать не следовало. По крайней мере, в реальном мире.
— Я вооружена, — сказала Эрика громким голосом. — И я вызвала подмогу.
Приготовившись защищать себя, Эрика наблюдала, как ее левая рука тянется к дверной ручке… и внезапно она задумалась, что вообще сейчас творит. Она не вызвала наряд, а возле ее кровати было окно, ведущее на крышу гаража. Стоило уйти таким способом, спрыгнуть на газон и побежать к соседу через улицу, который работал пожарным. Если человек в ее доме смог миновать сигнализацию, значит это профессиональный наемный убийца, а такой не станет рисковать и привлекать внимание соседей по улице.
Тогда почему она рискует столкновением один на один, даже если у нее есть пистолет?
Потому что она никогда не убегает, вот почему.
Три, два, один…
Эрика рывком открыла дверь, выскочила в проем и направила пистолет перед собой на лестничную площадку.
Где должен был гореть свет.
Светильник на лестничной площадке, который она всегда оставляла включенным, по какой-то причине не горел, поэтому перед ней была кромешная темнота… а если посмотреть вниз по лестнице, она должна была уловить свет лампы на крыльце. Но его также не было.
Ничего, только тени.
Дыхание шумно вырывалось из горла. Сердце грохотало в груди.
Что-то в ее сне было таким же темным, как и сейчас темнота перед ней. Что-то… что выползало изо рта…
— Убирайся из моего дома! — закричала она, с силой щелкая по выключателю.
Но ничего не произошло, свет не включился. Внезапно ей охватило желание закрыться в спальне и через окно выбраться на гараж. Но оно не задержалась. Словно ее тянула какая-то внешняя сила, она шагнула вперед, хотя ноги дрожали.
— Когда я найду тебя, — крикнула Эрика, смотря навстречу, казалось, преисподней, — я не стану тебя задерживать. А выстрелю прямо в сердце.
Держа стойку, она, наконец, привыкла к темноте, глаза смогли приспособиться и высмотреть серое свечение от узких окон в ее двери.
— Я вооружена, — заявила она хрипло. — У меня… пистолет.
Повторяющийся звук был тихим, тише, чем скрип до этого, едва различимым.
Эрика проглотила ком в сухом горле и, вытянув ногу, шагнула на первую ступеньку. Хотя она знала, что встанет на твердую поверхность, казалось, что она падала в пустоту, из которой уже не сможет себя вытащить, начинала спуск, который закончится чем-то намного худшим, нежели просто сломанными костями и разорванными венами…
…и лужей крови под ее мертвым телом.
Когда пятка опустилась на холодную древесину лестницы, Эрике захотелось вцепиться в поручень, но ей нужно было крепко держать пистолет, когда она делала следующий шаг. И еще один. Ее руки дрожали так сильно… может, тряслось все ее тело, особенно волосы на затылке стояли торчком… все, казалось, заледенело, а ее кожу покалывало.
