Но в мусорной вони ощущалась кровь.
Во второй раз за вечер она собралась с духом, прежде чем зайти в чью-то спальню, и толкнув приоткрытую дверь, Эрика…
Застыла. Задержала дыхание. Потом выбросила руку в сторону, хватаясь за что-нибудь, за что угодно, лишь бы устоять на ногах.
— Это… — ты, — выдохнула она.
***
Услышав женский голос, Балз поднял взгляд из своего положения на коленях возле мертвой женщины на матрасе, лежавшем на голом полу. Увидев, кто стоит в дверном проеме комнаты жертвы, он не поверил своим глазам.
С другой стороны, это было справедливо и для нее тоже. Его детектив по расследованию убийств — вовсе она не
Эрика оправилась первой, покачав головой, будто пыталась придать ясности своим мыслям.
— Что ты здесь делаешь?
А потом она застонала и прикоснулась к своему виску. Он сочувственно поморщился, ощущая ее боль и, Боже, ему было ненавистно напоминание, что он украл у нее воспоминания.
Иронично как для вора, не так ли?
— Привет, — выдохнул Балз хрипло. — Рад новой встрече… и нет, я не убивал ее. Я пришел узнать, могу ли помочь чем-нибудь.
Когда Эрика Сондерс, опустив взгляд, пораженно открыла рот, Балз не хотел думать о том, что она ни за что не поверит отребью вроде него. Но не это вылетело из ее рта.
— О, Конни, — прошептала она опечаленно. — Черт возьми.
Женщина, за которой он наблюдал ранее этой ночью, зашла в убогую комнатку молча и бесшумно. Когда она подошла к матрасу, то также опустилась на пол, накрыв одной рукой подбородок, а вторую устроив на колене.
Ее ореховые глаза прошлись по окровавленному телу, подмечая все, что заметил он… а может и больше, учитывая ее профессиональный опыт.
— Не думаю, что она долго страдала, — сказал он глухо. — Здесь пробито сердце… все произошло быстро.
— На самом деле, больше всего она страдала при жизни. О… Конни.
Рука, лежавшая на подбородке, опустилась к ключице, Эрика, казалось, растерла болевшее место.
Он хотел сказать ей, что нож на кухне, в раковине, где тот ублюдок из-под моста смывал кровь с рук. Балз также хотел сказать, что ему жаль убитую женщину, пусть он и не знал ее. И что на жертву было сложно смотреть.
С другой стороны, перед ними убитая женщина, а у Эрики, очевидно, было сострадательное сердце. Разве могло быть легко и просто?
Когда тишина, казалось, накрыла все здание, Балз отвел взгляд, ему казалось, что он здесь лишний. К несчастью, кроме тела здесь не на что было смотреть, поэтому он оценил обстановку свежим взглядом: жертва лежала лицом вверх, в позе, в которой ее нашел Балз. На ней были синие джинсы с дырками на коленях, слишком тонкая футболка для этого времени года, а ноги — босые. Ее светлые волосы, отливающие желтизной, секлись на кончиках, с отросшими на два дюйма темными корнями, были покрыты кровью — от красной до черной палитры. Избитое лицо опухло, черты расплылись, а кровь из смертельной раны — той, что в центре груди — шла так обильно, что пропитала половину матраса под телом.
— Зачем ты пришел сюда?
Услышав резкий голос, он вскинул голову и когда снова встретил ореховые глаза, стало очевидно, что она вернулась к мышлению детектива. Больше не было печали в ее лице или голосе, исключительно деловой настрой.
— Ты знал их? — спросила она. — Конни и ее парня?
— В какой-то степени.
— В какой именно степени?
Боже… хотя сейчас определенно не место и совсем не то время, но он хотел ее… и часть этого притяжения крылась в ее силе. С ее стороны не было никаких многообещающих взглядов, флиртующего хлопанья ресница и игры с локонами. Но вот неожиданность, она буквально сбивала его с ног.
— Так, откуда ты их знаешь? — повторила она свой вопрос.
Да, она заставит его ответить… и его объяснение — что он увидел в мыслях бандита, что тот избил свою девушку — ее не обрадует. О, а еще нужно учесть забавный факт, что у него в куртке достаточно кокаина, незарегистрированного оружия и парные весьма острые кинжалы в ножнах на груди.
Но, хэй, несмотря на ее пронзительный взгляд, по крайней мере, он был уверен, что про металл она не в курсе. Это важно.
— Познакомились на улицах, — ответил Балз. — Оттуда.
Когда он выпрямился во весь рост, женщина повторила за ним… и ей пришлось запрокинуть голову, чтобы смотреть ему в лицо
— Знаешь, а ведь тебя не просто найти?
Ей почти удалось скрыть гримасу боли, и он хотел попросить ее, умолять ее прекратить попытки добраться до похороненных им воспоминаний.
— Если бы я знал, что ты ищешь меня, — сказал он. — То держался бы на виду.
Она моргнула, услышав его заявление.
— Не назовешь свое имя?
— Бальтазар, без фамилии. Я как Шер. Мадонна. Боно. Ха, такое сравнение мне подходит.
— Ты готов проследовать в участок и ответить…
